Проданная Истинная. Месть по-драконьи (СИ)

"

"— Дело в том, что… — мама замялась, а после начала говорить, буквально захлебываясь словами.

Она родилась в семье нищего рыцаря, давно и безобразно пьющего, но исправно делающего детей. Детей он сделал семерых, оставив им в наследство плохую генетику и полусгнивший дом. И она, младшая дочь семьи по имени Алаке, что значило на стародраконьем «золотой рассвет», оказалась самой везучей. Проезжавший через их земли молодой и красивый барон взял ее женой. Не наярой, как она того заслуживала, а супругой ввел ее в дом. Скорбь сестер усугублял тот факт, что Алаке родила двух дочерей и сына, а спустя год барон сумел совершить полноценный оборот и был причислен к золотым сынам Вальтарты.

Но если бы сестры заглянули за глянцевый образ семьи Фьорре, то скончались бы от счастья. Муж оказался гулякой и пьяницей, старшая дочь Пустой, а младшая эгоисткой, а первый сын семьи копировал отца, время от времени замахиваясь на мать. Нет, он никогда ее не бил, просто… замахивался.

А она вела счета, дела рудников и шахт, терпеливо создавая империю Фьорре, которую муж периодически частями проигрывал в штосс.

Возможно, так бы и прошла жизнь, если бы однажды ее любимый, нежно лелеемый сын не заболел. На одной из шутливых магических дуэлей из его руки вместо огневого шара посыпались искры. Все бы сочли это случайностью, но уже на утро у него поплыли черты лица и спустя неделю кареглазый красавец напоминал обычного вея. Четыре года его водили по лекарям, даже до императорского целителя добрались, но вердикт был безутешен. У Итана больше не было магии. До этого момента Пустыми рождались только девочки, и Итан оказался первым Пустым из мужчин.

Именно тогда Алаке узнала, что все эти годы не была мужу ни женой, ни наярой. Их обвенчал не храмовник, а старый шут, которого ее муж купил по дороге, поэтому, когда она взялась защищать сына слишком уж рьяно, он просто выставил ее за порог. Прямо в домашнем платье и туфельках на босу ногу.

Она жила всю неделю у близкой подруги, ожидая, когда утихнет гнев мужа, пока не узнала, что тот привел в дом новую жену. От нее ожидалось рождение наследника, который возьмет власть в семье.

Ее драконица была так слаба, что не могла даже предъявить шутовскую брачную печать, когда-то соединившую их руки.

— Это расплата за грех, — с тихой убежденностью сказала мама. — Я предала свою дочь, и боги отвернулись от меня.

— Чушь собачья, — не выдержав, сказала в приоткрытую дверь. — Ваш супруг тоже предал свою дочь, и что? Его боги решили не наказывать?

Мама даже не удивилась моему резкому появлению, только устало дернула плечом.

— Девочки для Вальтарты менее важны.