Вот теперь ты пожалеешь, Кулакова!

Стиснула его так, что руки свело. Уткнулась носом в грудь и зажмурилась, чтобы не зареветь. Как же все глупо получилось! По-идиотски!

Северный стоял не двигаясь, словно каменное изваяние, а я сжимала его все сильнее, боялась, что он сейчас попросту исчезнет.

— Дина, ты в своем уме? — наконец поинтересовался он, — Ты серьезно подумала, что я поведусь на его слова? Начну ревновать тебя к этому убогому и устраивать разборки?

Вскинула на него непонимающий взгляд и обнаружила, что этот гад еле держится, чтобы не заржать.

— Но вот за то, что открываешь дверь кому попало — получишь, прямо по своей бестолковой заднице, — шлепнул, несильно чуть ниже талии и со вздохом притянул к себе, — Хотя… там, конечно, конкурент ого-го-го какой. Но я тебе доверяю. Уверен, ты смогла устоять перед его животным магнетизмом, хоть это и трудно было. Я таких страстных поцелуев в жизни не видел! Прямо огонь! Огнище!

— Издеваешься, да?

— Да! — признался без тени сожаления, уже улыбаясь от уха до уха."

"— Тебе смешно, а мне, между прочим, лицо облизали! — завопила я, вспомнив, как Стас меня облобызал, оттолкнула от себя несносного Оленя и снова бросилась умываться, а сердце в груди металось, заходилось, переполненное неимоверным облегчением.

Когда я вернулась на кухню, Северный уже накладывал суп:

— Я голодный, как черт, после такой встряски. Общение с убогими очень бодрит.

А у меня наоборот аппетит напрочь отбило, но я села за стол и покорно взяла ложку, все еще пребывая в каком-то взбаламученном состоянии.

— Что ты сделал со Стасом?

— Не спрашивай, — он провел пальцем поперек горла, — в багажнике лежит. Сейчас поем и в лес его повезу.

— К маменьке моей в школу заскочи, у нее там тоже тело на руках остывает, — усмехнулась я, — вместе и закопаете.

— Хм, отличный способ найти общий язык с потенциальной тещей.

— А если серьезно? Надеюсь, ты его не покалечил? А то ведь этот убогий пойдет жаловаться, потом проблем не оберешься.

— Не переживай, Дин. Я просто с ним поговорил по-взрослому, — спокойно ответил Антон, только почему-то взгляд в сторону отвел. Сомневаюсь, что там простым разговором обошлось. Северный не настолько терпелив, чтобы спускать такие выходки.

— Думаешь он что-то понял?

— Еще как понял, не сомневайся. Больше он к нам не сунется, обещаю.

Мне хотелось выведать подробности, но по хитрому взгляду поняла, что вредный Олень ничего не скажет.

— Неужели ты серьезно думала, что я могу заподозрить тебя в нелегальной связи с этим перцем?

— Я откуда знаю, — пробурчала себе под нос, — вдруг ты психопат ревнивый.

Северный белозубо улыбнулся:

—Я слишком в себе уверен, чтобы ревновать не пойми кого.

— Нахал, — бросила в него салфетку.

— А ты бы ревновала?

— Да. Я вообще ревнивая.