Вперед в прошлое 11

Человек смертен — это единственный риск. Ну и то, что дело может не пойти. Тут вам решать, рисковать или нет. Я понимаю, что у вас есть работа, и придется от нее отказаться. Потому не прошу дать ответ прямо сейчас. Наш телефонный номер у вас есть. Сколько вам нужно времени, чтобы подумать?

Гайде пристально посмотрела на меня — так, словно собиралась вскрыть черепную коробку и извлечь задумку, препарировать ее и понять, кто стоит за этим безумием. Кто собирается выбросить деньги на ветер вместо того, чтобы преумножать их.

— Ты точно Олин сын? Все это очень подозрительно.

— Как только потребуются первые вложения, вы поймете, что человек готов платить. Просто даже сейчас не все настроены грабить и воровать, кто-то хочет и большего.

— Ох, Паша, какой же ты идеалист!

Если бы она знала, что о людях мне известно гораздо больше, чем ей, и я как никто знаю, что «человек» — насколько порой звучит не гордо, а подло! Да и выбора у меня нет, надо открутить время на таймере назад. Врачебный кабинет — вовремя оказанная помощь — спасенные жизни. Может, получится. Главное, чтобы Гайде не сочла идею блажью, на которую не стоит тратить время, потому что все равно ничего не получится.

Как бы я поступил, если бы у меня была работа и какой-никакой доход, и вдруг пришел ребенок с сомнительным предложением, пообещал чуть ли не золотые горы…

Я позвонил бы маме этого ребенка и спросил, что за ерунда. Что обо мне наплетет мама, представить трудно: когда ей это выгодно, она меня превозносит, но чаще считает просто подростком. И все равно я надеялся, что Гайде примет правильное решение.

Дома я был уже затемно. Отчим меня не то что ждал — караулил. Налетел коршуном и, пока я ужинал, он пил чай, заедая покупными эклерами, и рассказывал, как он набрал подсолнечного масла четыре ящика на сто пятьдесят тысяч, а продал на триста. То есть чистыми поднял сто пятьдесят.

На столе стояла пицца, явно ресторанная, в блюдце чернели оливки, а также наблюдались бутерброды с икрой, на этот раз не красной.

— Масло — тема! — говорил он с набитым ртом, разбрызгивая смоченные крошки. — Груз небольшой, можно на «Волге» возить. А рис в розницу дорогой. Четыре мешка — розница у них. Ну не гады? Рис — только на КАМАЗе, но я выяснил — не прогорим, спрос есть!"

"Слушая его, я думал, как быстро он поймет, что незачем со мной делиться, и можно торговать в одиночку?

Глава 6

Козел в огороде

Мое утро всегда было временем разбрасывать камешки и никогда не приносило новостей. Все новости я получал вечером: от деда, что бизнес процветает, Влад молодец, а еще дед помирился с продавщицей, с которой осенью разругался из-за ее симпатий Ельцину и взял ее назад, потому товара нужно больше, и каждый день.