Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью (СИ)

Нет, я знала, что они дружат, но… все равно не готова встретить здесь своего бывшего мужа.

Точнее… Нынешнего.

А где же Матвей? Он оставил его с няней? Почему не взял с собой?

– Ма, – шепчет рядом со мной Пуговка. Главная фанатка Леона заметила своего отца, а теперь замирает, дёргая меня и показывая на него. – Смои.

Молча наблюдаю, как два взрослых мужика вручают крошке Соне подарок. Щенка лабрадора с розовым бантиком на шее.

Боже, какая милота!

Теперь понятно, почему Леон вместе с Гордеем. Наверняка помогал с выбором собаки. Он точно уж специалист по лабрадорам…

– Ма, ма, – в нетерпении продолжает трясти меня за руку Полина.

– Вижу я, солнце, вижу. Не суетись. Дядя сядет за стол, и ты с ним поговоришь.

Она, как послушная девочка, складывает ладошки на коленях, выпрямляет спинку и ждёт.

Не пойму, откуда такая жажда контактировать с ним…

Кровь зовёт? Возможно."

"Сминаю ткань свободной юбки пальцами и неосознанно опускаю взгляд. Мне неловко, что я до сих пор скрываю родство Леона и Поли. Мы, вроде, помирились? Так почему я молчу? Спрашиваю себя об этом постоянно, но ищу отговорки. Время неподходящее, информация ненужная…

Я уже увидела, что Леон ладит с детьми. Он изменился, но… будет ли в его загруженной жизни место для Пуговки? Я не знаю. Хочется верить, что да, но всё равно меня что-то постоянно останавливает.

Четыре года я ненавидела Новака, вбивала себе в голову, что он никогда не узнает о дочери. Хотела лишить его счастья в виде нашего ангелочка. И что теперь? Просто взять и сказать? Язык не поворачивается. Я всё ещё помню боль и обиду.

– Принцесса, – раздаётся над нашими головами мужской вибрирующий голос. Приятный тембр гудит где-то в моей грудной клетке, и я с трудом запрокидываю голову, взглянув на Леона. Он стоит позади стула дочери и здоровается с ней. – Привет.

Легонько касается её носика подушечкой пальца. Пуговка тут же хватается за него и счастливо хихикает.

– Пивет! Ион!

– Я же был Леоном? Нет? – смеётся, выгибая бровь.

– Так короче, – поясняю за Полину. Сказать «Ли-он» у неё получилось только несколько раз. А потом она устала и сократила его имя до Иона.

Взгляд его голубых холодных глаз летит на меня. Ой, неужели и меня заметили?

– Надеюсь, это будет единственное, что мне укоротят, – говорит с двусмысленным намёком. – Ты чему дочь научила, мамочка?

Опять не догоняю.

А потом ойкаю. Кое-что припоминаю…

Первое время, когда Леон ухлёстывал за мной, я грозила укоротить ему его тыкалку, которая постоянно упиралась в моё тело. Один раз я даже достала садовые ножницы…

Но было, было. Нечего было своё достоинство демонстрировать.

– Нашёл, что вспомнить, – фыркаю. – И тебе привет, некультурный.

Уверена, глянь на нас сейчас стороны – все подруги офигеют. Они знают, что Новак – отец моего ребёнка.