Второй шанс для предателя. Понять? Простить? Начать сначала? (СИ)

А потому, соглашаясь с дочерью, Стася прокомментировала:

— Действительно. Похоже, дядя совсем забыл о существовании бритвы.

Не отрывая взгляда от Настюши, Ян безразлично отозвался:

— У дяди полно других забот. Дяде нет дела до бритья.

— Очень жаль, — процедила сквозь зубы Стася, неожиданно задетая этим самым безразличием. — Дяде не идет борода. Совсем не идет. С ней дядя кажется старше своих лет и в целом выглядит неопрятно!..

На ее выпад Ян отреагировал лишь усталым вздохом и странной ухмылкой.

А после обратился непосредственно к их притихшей дочери:

— И как же зовут тебя, принцесса?

«Принцесса», потупив взор и смущенно пошаркав ножкой, пролепетала:

— Настюша!

— У тебя очень красивое имя, Настюша, — едва заметно улыбнулся Ян.

— Да, — радостно закивала та, мотая головой, как болванчиком. — И платье!

Продемонстрировав ему воланы на своем наряде, она заговорщицки выдала:

— Мне его сам Дед Мороз подарил!

— Да, ну? — театрально изумился Костров. — Не может быть!

— Честно-честно! Мама, скажи ему!

— Он верит, милая, — Стася погладила дочь по голове, успокаивая. — Верит.

Довольная услышанным, Настя с любопытством уставилась на дядю.

— А кто… — начала робко, но закончила более уверенно. — Кто ты?"

"Будто только этого вопроса и ожидая, Костров протянул ей руку.

— Меня зовут Ян. Будем знакомы?

В секунду, когда Настюша доверчиво всунула свою ладошку в его огромную ладонь, у Стаси перехватило дыхание. И сердце пропустило удар. Не говоря уже о том, что в глазах потемнело. Не то от нервов, не то от нехватки кислорода. Она пошатнулась, но неизвестно каким чудом удержала равновесие. И почти в ту же секунду напоролась на испытывающий взгляд Галины Петровны. Женщина столь пристально наблюдала за ней, что Стасе немедленно сделалось не по себе. Благо, Настя отвлекла их всех очередным вопросом, адресованным Кострову. И вновь все услышали уже знакомое:

— И кто ты?

— Ян, — хмыкнул он, мягко удерживая ее руку. — Забыла, как меня зовут?

— Нет. Не забыла. Но…

— Она не об этом, — вмешалась Стася, облегчая дочери задачу. Затем доходчиво объяснила. — Дядя Ян — сын дедушки и бабушки. Бабушка Галя его мама, а дедушка Сережа — папа. Они его родители. Теперь поняла?

Прикусив губу, Настюша задумчиво кивнула. Потом нахмурилась, отнимая руку у Яна. А потом вдруг просияла и воскликнула, громко хлопая в ладоши:

— Мама, а может дедушка Сережа и… и мой папа тоже?

Вроде и смешно прозвучало ее предположение, но в комнате повисла гробовая тишина. Никто не смеялся. Верочка тактично удалилась. Ян распрямился во весь свой немалый рост. Сергей Алексеевич подошел к Галине Петровне и крепко сжал ее руку. А Стася, так вообще — закашлялась, поперхнувшись слюной, внезапно вставшей ей поперек горла.