Заберу тебя, девочка

Что это такое? Что мать его это такое?

Мальчишка видимо испугался, потому что рванул к Ренате. До меня доносится его детский голосок. Он показывает пальчиком в мою сторону.

Рената поднимает голову и мы встречаемся взглядами. Она напугана. Прижимает мальца к себе.

Снимаю очки и направляюсь к ним, а сам не чувствую земли под ногами. Останавливаюсь в паре шагов от них. Приседаю.

— Привет, — здороваясь с пацаном. Разглядываю. Он смотрит на меня карими глазами, изучает.

— Здласти, — здоровается.

— Как дела? — в голове штиль, я вообще не знаю, что происходит со мной.

— А мама говолит что нельзя лазговаливать с незнакомцами, — задирает нос мелкий, а мой слух режет это его “мама”.

Поднимаю взгляд на сидящую на скамейке Ренату. Поджала губы, побледнела. Дышит тяжело.

— Так давай знакомиться, — улыбаюсь мальчишке. — Меня зовут Макар, а тебя, — протягиваю руку ему.

Он недолго подумав, посмотрев на Рену, снова смотрит на меня и отвечает:

— Миша, — и вкладывает свою маленькую пухлую ладошку в мою.

В этот миг кажется мое сердце остановилось. Мозг судорожно просчитывает сколько ему лет.

Нет, не может быть. Не может.

— Очень приятно, Миша, — отвечаю, чуть сжав теплую ладошку. — Сколько тебе лет?

— Четыле, — картавит забавно.

Я смотрю на Ренату. Снова на пацана. И охреневаю от мысли, что он мой сын. Он же мой сын? Все правильно же? Да и быть по-другому не может, он же моя копия!

Поднимаюсь, выпрямляясь. Растираю лицо. Тру затылок. Прохаживаюсь туда-сюда. Мне нужно немного успокоиться. Немного прийти в себя.

Сын. У меня есть сын.

Сажусь рядом на скамью.

— Макал тебе плохо? — хмурит бровки Миша.

— Миш, пойдем домой, — поднимается Рената и берет сына за руку.

— Мам, дяде не холошо, — задумчиво бормочет мальчишка.

— Дяде надо побыть одному, — говорит она.

“Дяде”… а это звучит больно. Больнее пуль в груди. Больнее разочарования.

* * *Рената

Я все же надеялась, что не так быстро он появится. Но нет. Приехал. Зачем? Смотрю на него и не понимаю, зачем. За мной? Для чего? У меня много вопросов к нему. Но я боюсь их озвучить. Я смирилась с тем, что не нужна ему. Смирилась. И стало легче жить. Легче, когда знаешь, что кроме тебя у себя никого нет. Все сама.

Наблюдаю за его метаниями по площадке. Он удивлен, расстроен. Не знал? Не передали?

Внутри все сжимается, но я стараюсь не показывать этого. Мне больно не меньше его. Набираюсь сил и забираю Мишку домой. А Макар не идет за нами. И я не знаю, что чувствую в этот момент.

— Кушать будешь? — спрашиваю сына, когда заходим в квартиру.

— Ага, — снимает сандалики и бежит в ванную мыть руки.

Я иду в кухню. Ополаскиваю руки и ставлю греться чайник. Снимаю крышку с небольшой кастрюли. Супчик вышел ароматным. Обычный картофельный с курочкой. Его очень любит Мишка.