Заберу тебя, девочка

— А тут не санаторий, девочка. Читать, надеюсь, умеешь. На пачках все написано, приступай. У тебя полчаса, — и вышел, оставив меня одну.

Смотрю на провизию и на трясущиеся свои ладони.

Урод!

* * *Каша. И кто знает, как ее готовить? Какую брать крупу? Рис? Гречку? Или… что это? Геркулес?

Я не люблю каши, особенно молочные.

С недоверием смотрю на банку сухого молока. А с ним что делать?

И на это всего полчаса? А у меня даже Интернета нет под рукой. Видео-урок с пошаговой инструкцией помог бы приготовить. А вот это все сомнительно.

Спустя полчаса на плите булькает каша в кастрюле.

Но есть это я не буду.

— Готово? — вздрагиваю.

Снова и снова! Да сколько можно так неожиданно появляться?

— Хочешь меня до сердечного приступа довести? — возмущаюсь.

Но вместо ответа мужчина подходит к плите и с недоверием смотрит на содержимое кастрюли.

— Что это? — спрашивает.

— Как заказывал, каша, — пожимаю плечами.

— Какая каша?

— Геркулесовая.

Берет в руки ложку и подает ее мне.

— Пробуй, — командует.

— Что?"

"— Пробуй то, что наготовила, — все еще держит ее передо мной. — Или думаешь, я рискну своим здоровьем, дегустируя это первым?

Осторожно беру ложку похолодевшими пальцами.

— Ну?

Ну-ну… баранки гну. Бери и сам пробуй, питекантроп.

Но высказать свое возмущение вслух не решаюсь. Черпаю немного и, подув, пробую.

— И как? — спрашивает, пристально наблюдая за мной, словно ловит каждую эмоцию. Только я уверена, что это для того, чтобы чуть что отругать как маленького ребенка, ну или не маленького.

— Никак, — откладываю ложку.

— И что не так? — нет, он издевается?

— Пресно.

— Соль, сахар вон там, — показывает в сторону шкафчика. — Накладывай в тарелку, — отвечает.

— Ты будешь есть кашу? — спрашиваю.

— Не я, а ты, — усмехается.

— Я не буду это есть, — качаю головой, отступая от плиты.

— Уверен, что будешь. Иначе кормить тебя буду я. Сомневаюсь, что ты об этом мечтаешь, — а сам лезет в шкаф и достает консервы.

— А ты? Будешь есть это? — киваю в сторону банки, что он поставил на стол.

— Тушенка. Да. По крайней мере, не траванусь. А вот ты это запомнишь и, думаю, впредь будешь относиться к своим обязанностям ответственнее, — открывает банку, берет ложку и садится за стол. Запах тушенки разносится по небольшому помещению и мой желудок тут же отозвался урчанием.

— Кашу накладывай и садись за стол, — звучит команда.

— Погоди, — застыла на месте. — Что значит, обязанности?

— Готовка твоя обязанность, — прожевав, ответил. — Что здесь непонятного?

— Я не буду готовить.

— Будешь, — пророкотал его голос. — Заодно научишься. Будь уверена, этот навык тебе пригодится.

И все, больше ни слова. Получив вдогонку красноречивый взгляд, достала тарелку и, положив в нее пару ложек каши, села за стол.