За тридцать тирских шекелей

 – Грешника привязывают за руки и за ноги, потом крутят эти ведущие к истине штурвалы…

Он указал на деревянные колеса с торчащими по окружности ручками, которые действительно напоминали корабельные штурвалы.

– Верёвки натягиваются в противоположных направлениях, растягивая грешника… Таким образом ваш карлик сможет подрасти!

– Почему опять я? – упавшим голосом спросил Том. – Я и не хочу расти!

– Замолчи, тебя не спрашивают! – зашипел горбун, который был не намного выше его.

– Мой бог! – простонал Игнацио. – Несчастного разорвет пополам…

– Не поминай Господа всуе! – прикрикнул отец Скопио.

 – Пойдем дальше!

Их вели по узкому коридору с затхлыми запахами крови и смерти, заводили в пыточные с устрашающими приспособлениями и инструментами, один вид которых внушал ужас. При виде железной маски с вытаращенными глазами и воронкой для заливания воды во рту Паоло все-таки упал в обморок, но Жакоб привычно привел его в чувство пощечинами с двух рук.

– Но зачем вы нам это показываете? – дрожащим голосом спросил слуга. – Мы не собираемся ничего скрывать!

– Это хорошо, – кивнул Белый ворон.

 – Возможно, вам удастся избежать близкого знакомства с этими приспособлениями! Иди со мной! И ты тоже!

Он указал на Игнацио. Но слуги не могли пошевелиться.

– Забирай их, Жакоб!

Горбун достал плетку.

– Выходите!

На подкашивающихся ногах слуги побрели к выходу. Старший инквизитор, подойдя к двери, остановился и обвёл взглядом оставшихся.

– Ты! – показал пальцем на Грацию. – Тоже иди с нами!

Она с обреченным видом двинулась следом. В коридоре стражники вновь наставили на арестованных копья и куда-то повели.

Потом увели Калиостро и Лоренцу. Том остался один. А вскоре пришли и за ним.

В большой комнате, куда его привели, было довольно светло, и дышалось здесь намного легче. За столом, покрытым красной скатертью, сидел отец Скопио. Сбоку, за маленьким столиком попроще, расположился писарь с пером и бумагой наготове. Перед ними стоял Игнацио.

– Посторонись! – приказал ему старший инквизитор."

"Игнацио сделал шаг в сторону и стал у стены. Напротив, спиной к противоположной стене, стражник поставил Тома.

Отец Скопио устремил на него прожигающий взгляд.

– Расскажи, как твой хозяин изготавливал деньги!

– То мне не ведомо, преподобный отец, – смиренно преклонив голову, ответил Том.

– Ты не можешь этого не знать! Нам известно, что ты был наиболее близок к хозяину и он доверял тебе больше, чем остальным!

– Может, хозяин и доверял больше, чем этому, – Том презрительно кивнул в сторону Игнацио. – Потому что я не пьянствовал и никогда не лез в его дела. Что мне приказывали, то я исполнял, и всё.