Запрет на любовь

Даже на настоящем ЕГЭ время отсутствия не регламентировано. Вы же в курсе, да? Я могу выходить столько раз, сколько захочу. И находиться вне аудитории так долго, как пожелаю.

— Прекрати мне перечить!

— А вы не вводите в заблуждение присутствующих.

Лицо математички багровеет от злости.

Она встаёт со стула и направляется в нашу сторону.

Цок. Цок.

Её фигура нависает над ним.

— Почему черновик и бланки снова пустые? — осведомляется, осмотрев листы бумаги, к которым Марсель и не думал прикоснуться.

— Потому что мне так хочется.

Педагог, криво поджав губы, взирает на него сверху низ.

— Ты не сдашь ни один экзамен, Абрамов.

— Даже если так, — безразлично пожимает он плечом.

— Что ж. Пусть высшее образование получает тот, кто действительно к этому стремится."

"— Согласен с вами полностью.

— Убери посторонние вещи.

— Какие?

— Наушники вынь из ушей!

— Нет резона. Они успели разрядиться ещё до того, как вы их заметили.

— Этого тоже быть на парте не должно!

— Руки, эу, — не позволяет ей забрать блокнот. Первым его хватает.

— Наушники и записную книжку сюда! — строго требует учительница, протянув ладонь.

— Послушайте, оставьте его в покое. Не хочет писать пробник, пусть не пишет, — вмешивается Полина. — Очень отвлекают ваши споры. Невозможно сосредоточиться!

— Помолчи, Филатова. Я никому не позволю нарушать дисциплину!

— Чё вы до него докопались, реально, — присоединяется к разговору Ромасенко. — Изначально он сидел и никому не мешал. Сами его зацепили.

— Посмотрите-ка, кто у нас в защитниках, — пренебрежительно фыркает математичка в ответ. — Ещё один потенциальный двоечник. Ну ничего-ничего, жизнь всё на свои места расставит. И крутизну эту вашу обломает быстро. Первый снаркоманится. Благо, у родителей есть другие дети. Второй попадёт за решётку, будущий зек. Оба закончите соответствующе!

— Всё сказали?

— Вышел отсюда! — громко кричит на Абрамова.

— Не орите на меня, — отражает тот ледяным тоном. — У вас проблемы с самоконтролем?

— Закрой рот, щенок! — её ноздри раздуваются, а пальцы левой руки сжимаются в кулак.

Я ведь позади него сижу, все детали происходящего вижу.

— Что за необоснованная агрессия? Мужика нет? Или школа до такой степени вызывает отвращение?

— Братан, харэ, забей, — Паша пытается усмирить товарища.

— Нервная система явно дала сбой, пора завязывать с преподавательской деятельностью и идти к неврологу.

Мегера резко бледнеет.

— Как смеешь так со мной разговаривать! Ты — маргинальное ничтожество!

— Следили бы вы за языком, педагог.

— Пошёл вон! — она, часто дыша, указывает пальцем на дверь.

— Отлично. То, что нужно.