Запрет на любовь

Я в этом больше не участвую.

В прошлый раз так получил по хлебалу этим самым когтём, что месяц царапина заживала.

В жопу подобные эксперименты."

"— Пробуй салат на соль, — Милана тычет мне ложкой в рот. Чуть по зубам не получаю, вовремя его открыв.

— Ещё.

— Мало, да?

— Ещё дай говорю, не распробовал.

— На.

Дубль два.

— Да. Мало.

— Добавляю. Бли-и-и-ин! Ну нет! Твою за ногу! — хнычет и рычит, закинув голову назад.

— Чё такое? — через плечо заглядываю в салатницу. — Рукожоп, — констатирую, глядя на горку соли.

— Крышка от солянки отвалилась. Елы-палы! Чё терь всё выкидывать?

— Стой, верх сними.

— Куда ты той ложкой, с которой ел! — шикает она недовольно.

— Какая разница?

— Там микробы твои вообщет.

— Чё?

— Гр-р-р-р-р!

— Всё норм, спасён твой салат. Помешай.

Беру пульт с холодильника и делаю звук на телеке громче.

— Опять, ведьмы, включили какую-то бабскую романтическую хрень?

— Оставь, это же «Привидение»! Хороший фильм. Не вздумай переключать! — запрещает сердито, предугадывая моё следующее действие. — Софи, ты закончила? Начинай накрывать на стол, — бросает взгляд на часы. — Марсель, сливай воду из кастрюли. Надо потолочь пюре.

— Как вы запарили! — возмущаюсь, но в очередной раз иду помогать.

Ошпариться ещё. Однажды это уже случилось по моей вине. Мы были дома одни и готовили пасту. Мне было десять с половиной, ей семь.

До сих пор в ушах её плач.

Огрёб я от бати конкретно, но не столько этим фактом был огорчён, сколько тем, что она реально получила ожог.

Не удержала кастрюлю.

— Мила, мы возьмём те красивые чёрные тарелочки с белыми цветами?

— Да, Сонечка, сейчас достану их тебе. Держи.

Они таскают на пару посуду, а я тем временем активно дую на пар и прищуриваюсь. Глаза — всё ещё уязвимое место.

Спасибо новенькой.

Реально в тот вечер думал, что ослепну к чертям.

Зараза.

Злюсь чертовски, но вместе с тем, наверное, восхищаюсь её смелостью и боевым настроем. По факту, в этой истории с Рассоевым она уделала нас всех. В полицию позвонила, шины проколола, от меня удрала.

Из Москвы приехала, значит. Что не местная, я понял сразу. Эти глаза и брови я бы однозначно запомнил, если бы видел её где-то раньше.

Память услужливо подбрасывает картинки из леса.

Вот мы бежим.

Я догоняю и ловлю её.

Синхронно падаем на землю.

Минутная возня — и она, худенькая, хрупкая, уже подо мной.

Коса растрепалась.

Напугана. Растеряна. Смущена.

Не моргает. Смотрит на меня в шоке и часто дышит, разомкнув розовые губы.

— Тормози, дай масла добавлю и бульона долью, — голос сестры возвращает меня в сегодня.

— Санта таскает твои мотоперчатки! — громко сообщает София.

— У тебя минута на то, чтобы их спасти. Иначе Санта отправится в духовку.

— Марсель… — Милана толкает меня локтем в бок.