Запрет на любовь

— Сам ты отсталый, Дэн, — толкает Свободного локтем.

— Рассоев позвал её на свидание, — рассказываю я ему. — Эта дурочка пошла. Ещё и в машину к нему села!

— У матери тачку взял?

— Да.

— Глупая. На фига она вообще с ним связалась?

— Риторический вопрос.

— Короче, в кино-кафе сходили, а потом он её на пляж отвёз. Тот самый.

— У него одна на всех рабочая схема, — фыркает Дэн.

— Приставал?

Горький минуту назад советовал пацанам притушиться, а у самого сейчас глаза таким адским гневом полыхают…"

"Все мои пацаны к Миланке как к сестре относятся, но у него с ней всегда был какой-то свой особый вайб[7]. Раньше, когда тесно дружили и близко общались.

— Да, руки распускал, ублюдина. На шутку всё потом перевести пытался. Мол, не собирался пугать её. Инстинкты. Мозг отключился и всё такое.

— Мразота. Как ты узнал? — его брови сходятся на переносице.

— Она пришла домой в слезах. Тряслась, дрожала. На платье была оторвана пуговица. Я сразу понял и почувствовал: что-то не так.

Паша матерится, бледнеет и рассеянно проводит рукой по волосам.

— Мои ходили к Рассоевым. Выписали нашего пострадавшего. Дома теперь отлёживается.

— И чё там было?

— Файер-шоу. Дед сказал, что отца конкретно накрыло, когда он Олега увидел. Еле сдержался, чтобы не удавить.

— Ну, его можно понять, — хмыкает Денис.

— В общем, батя словесно опустил его и предупредил, что самолично подпишет ему смертный приговор, если тот ещё раз рискнёт подойти к Милане.

— Ян Игоревич, респектую.

— А с заявой-то чё?

— Дед оповестил семейку Рассоева о том, что если будет подан иск, в ответ они получат тоже самое и загребут проблем в два раза больше.

— По-умному выкрутил.

— Зачитал им подготовленный документ. Сообщил, что копия, вместе с показаниями Миланы уже лежит на столе у следака. Предки этого долбоящера в осадок выпали от такой новости.

— Всё-таки дед у тя — адвокат от Бога.

— Один из лучших в Москве, — горделиво подчёркиваю.

— Свезло тебе нехило в плане родственных связей.

— Стопудово. Дед реально мою задницу от колонии спас. Они там уже кипу справок собрали. Поразительно, что при всех диагнозах этот убогий вообще дышит, — усмехаюсь, качая головой.

— Ну так мать же — зам главврача поликлиники. Ясно, что по-резкому организовали все бумажки, какие смогли.

— Финалити сей истории? — подытоживает Дэн.

— Рассоевы подумали, посовещались и забрали заяву из ментовки.

— Ай молодцы!

— Найс.

— Супер.

— Хорошо, что хорошо кончается.

— Дирехтор чё в уши вливала? — Ромасенко щурится, когда солнце, вышедшее из-за облака, начинает слепить своими лучами даже через окно.

— Беседу о нравственной составляющей проводила. Пригрозила тем, что я опять на карандаше. Внутришкольный учёт, мониторинг и прочая лабуда.