Зацепить 13-го
Ее жизнь — борьба. Борьба за каждую спокойную минуту без насмешек и издевательств.Его жизнь — борьба. Борьба с соперниками на поле и с болью, о которой никто не должен знать.На первый взгляд, Шаннон и Джонни настолько разные, насколько вообще можно себе представить. Жертва школьного буллинга и домашнего насилия, Шаннон никогда не чувствует себя в безопасности и хочет только одного — стать невидимкой. Перспективный спортсмен и любимый сын обеспеченных родителей, Джонни пользуется в школе особыми привилегиями и привык ко всеобщему вниманию и восхищению.Их дороги никогда бы не пересеклись, если бы не несчастный случай. А может, наоборот — счастливый?..Впервые на русском!
Вразвалочку шагая по моей кухне, как по своей собственной — и так оно, в общем, и было, учитывая, сколько времени он тут провел, — Гибси подошел к шкафу, выдвинул ящик и достал оттуда нож и разделочную доску, подвинул стул к кухонному острову и сел.
— Сегодня ты не отвертишься. Никакие отговорки не принимаются.
— Кто еще будет?
— Хьюи и Кейти встретят нас на подъезде. — Он помолчал. — Возможно, Пирс с Фили тоже появятся.
— Как насчет девчонок из школы?
— Я же сказал: Кейти.
— Кроме Кейти?
Присутствие Кейти было неоспоримым фактом.
Хьюи редко ходил куда-то без нее.
— Нет, — ответил Гибси и нахмурился. — С чего бы им там быть?
Я изобразил на лице выражение «какого хера?».
— Потому что они, блин, всегда появляются.
— Даже если появятся, ну и что такого?
— У меня нет настроения с ними общаться.
— Хочешь сказать, нет настроения общаться с одной чокнутой, — поправил меня Гибси, скорчив гримасу.
— Нет, — ответил я, роясь в холодильнике. — Точно не в эти выходные. — Достав из холодильника все, что требовалось для сэндвичей, я подошел к острову и выложил продукты на черную мраморную столешницу. — Гибс, мне нужен перерыв.
Гибси покачал головой и потянулся к хлебу.
— Что случилось? — Взяв нож и упаковку с ветчиной, он спросил: — Она тебя снова донимает?
— А когда она меня не донимала? — огрызнулся я и стал нарезать помидор. — Бесконечный поток звонков и сообщений.
Все время, черт бы ее побрал!
Я уже давно перестал читать послания Беллы, но они сводили меня с ума, потому что в девяти случаях из десяти, когда экран загорался, сообщение было от нее.
— Наверное, ты охренительный в постели, раз она не оставляет попыток, — произнес Гибси, рассуждая вслух.
— Это исключено, Гибс, — прорычал я. — Нет — значит нет.
— Ты можешь сменить номер, — предложил он.
— А смысл? — проворчал я. — Она найдет способ узнать и его.
— Знаю, что всегда это говорил, но просто вынужден сказать еще раз. Не знаю, как вообще ты совал член в эту девчонку. — Гибси намазал маслом пару кусков хлеба, добавил ломтики сыра, полдюжины ломтиков ветчины, после чего соединил половинки и запихал себе в рот.
— Помрачение ума, — бросил я, сосредотачиваясь исключительно на ровном намазывании масла. — Вот так.
— Можешь повторить еще раз, — усмехнулся Гибси, сооружая себе второй сэндвич.
"— Ага. — Бросив нож, я положил на хлеб кружочки помидоров, добавил кусочки курятины и сложил пополам. — Ну, я больше не ослеплен. — Я откусил большой кусок от сэндвича, прожевал и добавил: — Теперь мне все отлично видно.
— Тебе нужна подружка, — заявил Гибси. — Это единственный способ отшить Беллу.
— Не нужна мне подружка, — возразил я.

















