Сердце дракона. Том 7

Так что каким именно образом они могли добиться схожего эффекта – Хаджар даже задумываться над этим не хотел. Он и так мало чего понимал в магии и том, как её можно было заключить в предметы, чтобы пытаться проанализировать методы орков.

– Проходи, шаман ждет тебя.

Хаджар второй раз вошел в палатку. Его ноги тут же утонули в высокой, пышной траве, а лицо обдал прохладный ветерок.

Это не было иллюзией или чем-то вроде волшебного наваждения. И ветер и трава – все вокруг него было реально.

Осторожно Хаджар, сопровождаемый Яростью Медведя, подошел к костру. От него исходили волны тепла, которые сложно было с чем-то спутать.

Хаджар, в свое время, столько ночей грелся у самых разных костров, пытаясь удержать хоть частичку тепла, что отличил бы настоящий очаг от любой иллюзии.

Те орки, что сидели рядом с пламенем, тоже не выглядели навеянными миражами. Всего их было четверо. И, чем ближе подходил к ним Хаджар, тем быстрее начинало биться его сердце.

То, что он увидел, вновь не поддавалось никакому объяснению.

Первым из четверых, кто попался ему на глаза, был молодой орчонок. Полутора метров ростом, он, наверное, был не старше восьми лет. Но даже так – сидел он на вышитом сложными узорами пледу, а голову венчали десятки белых перьев.

Слева от него, по часовой стрелке, сидел… он же сам. Только выглядел старше лет на десять. Молодой, сильный, с чистым взглядом янтарных глаз, острыми клыками и могучими мышцами. На его груди показательно блестела алая татуировка, изображавшая его Имя.

Дальше, еще левее, вновь – тот же самый орк, только теперь умудренный опытом, закаленный в битвах. Он больше не выглядел готовым к прыжку зверем.

Скорее – спокойным и мудрым, как скала, выдержавшая испытание сотней штормов. Они подкосили её, оставили глубокие шрамы как на теле, так и на душе, но не смогли свалить в бушующий океан.

Последнем из четверки оказался старик. Его кожа уже не было красной, пропитанной кровью добычи и солнцем степей. Скорее серой – ближе по цвету к высушенной, умирающей земле.

Его мышцы, некогда крепкие и сильные, обвисли огромными морщинами. Шрамы выглядели омерзительными розовыми червями, расчертившими тело. Единственное, что сохранилось с течением времени, его густые волосы.

Некогда цвета вороньего крыла, они теперь блестели сединой, сравнимой с блеском сверкающих в небе звезд.

– Садись, человек, – слово взял самый молодой из орков… или орка. Он единственный, кто не смотрел неотрывно в костер.

Хаджар только сейчас понял, что остался посреди равнины наедине с шаманом… или шаманами. Ярость Вождя вернулся обратно на поляну.

Выход из палатки, по эту сторону, выглядел дребезжащей полоской света – разрезом на ткани мироздания.