Зефир в шоколаде

Поминки, ей-богу, а не день рождения. Я мужа осторожно за рукав дёрнула. — Кто это, Антон?

Он наклонился к моему уху.

— Один из инвесторов, специально из Питера прилетел.

Я снова стала внимательно слушать, вино не пила, просто держала бокал в руке, а сама раздумывала. Посмотрела на Марину. На мгновение мы встретились взглядами, а затем она гордо и вызывающе от меня отвернулась. По крайней мере, мне это показалось вызывающим.

— Вот такая она, жизнь, — проговорил тем временем важный инвестор из Питера, тяжко вздохнул, а Марине подал руку. Та приняла её с немыслимо печальной улыбкой, а когда мужчина наклонился и прижался губами к её ладони, едва не расплакалась. Честно. — Не переживай, Марина, значит так Богу было угодно. Но Боря был… чётким мужиком. Тебе ли не знать."

"— Спасибо, Слава, — негромко ответила Марина Леонидовна, и предложила собравшимся: — Давайте выпьем… не чокаясь.

Все и без того весь вечер не чокались, но сейчас сделали вид, что предложение это поступило впервые. Я тоже бокал к губам поднесла, сделала микроскопический глоток белого вина, а затем сказала, обращаясь ко всем собравшимся и стараясь, чтобы голос мой звучал уверенно:

— Я тоже хочу сказать. Можно?

Антон взглянул на меня в удивлении, но я его взгляд проигнорировала. В этот момент снова столкнулась глазами с Мариной, и не надо быть экспертом в чтении людских эмоций, чтобы понять — она всерьёз насторожилась. А я заставила себя улыбнуться и выступить вперёд.

— Я тоже хочу сказать. Сегодня такой день… Наверное, для начала нужно представиться, если с кем-то в этой комнате я ещё незнакома. Меня зовут Валерия Давыдова, я старшая дочь Бориса Геннадьевича. — Я позволила себе усмехнуться. — Ну как дочь? Мы с отцом не встречались с тех пор, как мне исполнилось семь. Но я это не в укор кому-то говорю, упаси меня Бог от каких-то обвинений и обид. Просто так вышло. И сегодняшний день для меня важен. Потому что это впервые в моей жизни, по крайней мере, осознанно, когда я отмечаю день рождения папы. К сожалению, его уже нет, у меня нет возможности его поздравить, поговорить с ним… узнать его, как человека. И поэтому мне очень важно всё, что сегодня говорилось про него. Я не знала его таким, как здесь рассказывалось. Мои детские воспоминания об отце весьма смутны, помню, как он приходил с подарками, помню, как водил меня гулять. Однажды… — Я решила не уточнять, что это была наша последняя с ним встреча. — Однажды, когда мы гуляли с ним в парке, я попросила купить мне мороженое, и он купил. Купил столько, что после я слегла с ангиной. — Я услышала смешки. — Если исходить из этого, то он был щедрым человеком. Хотя, исходить нужно не только из этого. За последние месяцы я много узнала о его жизни.