Жребий Салема

Сквозь верхушки деревьев показалась крыша Марстен-Хауса.

Остановившись у небольшой ложбинки, откуда начиналась лесовозная дорога, Сьюзен вышла. После некоторого колебания она забрала с заднего сиденья кол и надела на шею крестик. Она чувствовала себя глупо и боялась даже представить, как будет выглядеть, если попадется на глаза кому-нибудь из знакомых, который будет проезжать мимо и увидит ее на дороге с колом в руках.

Привет, Сьюз, ты куда?

Да вот иду в Марстен-Хаус прикончить вампира. Но я спешу – надо успеть вернуться домой к ужину, а он в шесть.

Она решила пойти напрямик через лес.

Сьюзен осторожно переступила через осыпавшуюся каменную ограду вдоль дороги и порадовалась, что была в брюках. Очень стильный образ бесстрашного охотника за вампирами. К тому же до кромки леса пришлось пробираться через заросли ежевики и бурелом.

В лесу было значительно прохладнее и темнее. Под ногами лежал ковер из опавших сосновых иголок, в кронах деревьев шумел ветер. Какой-то мелкий зверек рванулся в сторону через кустарник. Сьюзен вдруг сообразила, что если пойти налево, то можно срезать угол через кладбище Хармони-Хилл, если, конечно, удастся перелезть через его заднюю стену всего в полумиле отсюда.

Она медленно продвигалась вперед, стараясь не шуметь. У подножия холма сквозь редеющие деревья уже проглядывали очертания тыльной стены Марстен-Хауса. Сьюзен вдруг почувствовала, как внутри нарастает страх. Она не могла понять его причины, что делало его похожим на дрожь (уже почти забытую), которая охватила ее в доме Мэтта Берка. На улице было светло, ее шагов точно никто не слышал, но страх сжимал ей сердце все сильнее и сильнее. Казалось, внезапно проснулся некий давно превратившийся в рудимент орган вроде аппендикса и принялся в бешеном ритме вырабатывать страх, заполнявший все сознание.

День больше не радовал. Игры кончились. Былая решительность таяла на глазах. Сьюзен вспомнила, как в кинотеатрах под открытым небом смотрела из автомобиля фильмы ужасов, где героиня поднимается по узким ступенькам на чердак, чтобы выяснить, что же так напугало старую миссис Кобхэм, или, наоборот, спускается в подвал, где со стен сочится вода, делая его похожим на чудовищное чрево, и думала: «Надо же быть такой дурой!. . Я бы ни за что сюда не полезла!» И вот теперь она сама делает именно это! Вот уж действительно яркая иллюстрация огромной пропасти, лежащей между сознательным и бессознательным. Несмотря на импульсы, посылаемые бессознательным, разум может упрямо настаивать на своем, пока не распахнется дверь на чердак или в подвал и человек не окажется лицом к лицу с неописуемым ужасом, где…

ХВАТИТ!

Усилием воли Сьюзен заставила себя выбросить эти мысли из головы и почувствовала, как покрылась липким потом.