Адептка в мужской Академии

— Отдай! — раздалось скрипучее за спиной, а отражение Дорнана что-то произнесло. Я увидела, как шевельнулись его губы, а затем из зеркала брызнул свет и высунулась рука.

Не успев испугаться, я ощутила, как пальцы некроманта хватают меня за грудки и тянут через холод и разливавшийся свет, затопивший помещение в зазеркалье.

Перемещение произошло в долю секунды. Вот еще миг назад я была в заброшенном кабинете зазеркалья, а затем оказалась в залитой магическим светом комнате, лежа на груди некроманта, продолжавшего держать меня уже не за грудки, а за талию.

Кажется, мы повалились на пол, когда Дорнан вытащил меня из другого мира, возможно, даже не зная о том, что спасает от опасности.

За спиной располагались полки и маленькое зеркало, но я смотрела лишь в глаза мужчины, на котором лежала, чувствуя, как краска предательски заливает лицо. Видеть этого я не видела, но ощущала жар под кожей, рожденный взглядом Блеквуда.

Его тело подо мной было словно отлито из камня. Ахнув, уперлась руками о широкую грудь мужчины и отпрянула, сползая с него и освобождая от груза своего тела.

Дорнан сел, продолжая смотреть на меня и что-то в его взгляде мне совсем не понравилось.

Вот ни на мгновение.

— Карр! — Мордекай появился между нами. Спрыгнул, бросив взгляд сначала на своего хозяина, затем на меня, и повторил: — Карр!

— Адепт Миллиган? — произнес тихо некромант. — И что вы опять забыли в зазеркалье. И как, черт подери, туда попадаете? — он поднял руки, и я только сейчас увидела, что один рукав его дорогого камзола словно опален пламенем.

— Сэр! Ваша рука! — я уставилась на обожженную кожу мужчины, не понимая, что послужило причиной. Неужели, это из-за того, что ему пришлось вытаскивать меня через зеркало?"

"— Пустяки, — Дорнан едва взглянул на пострадавшую конечность.

Он поднялся на ноги, опираясь на здоровую руку и даже протянул мне ее, но я покачала головой, вставая сама и не в силах оторвать глаза от красной кожи с мелкими пузырьками и черными точками. На миг стало дурно и я подняла взгляд на некроманта, но, если ему и было больно, на лице, сосредоточенном и спокойном, не отразилось и отголоска боли. Он прошел к столу и пустился на стул, откинувшись на спинку и прикрыв на мгновение глаза. Из чего я решила, что выдержка его подвела. Но уже в следующий миг, некромант провел здоровой ладонью над пострадавшей, и прямо на моих глазах кожа изменила цвет, став смуглой и ровной. Исчез даже намек на ожог, не оставив и следа на руке.

— Это из-за меня? — спросила я.

— Знаешь ли, не все могут спокойно проходить через зеркала, — хмыкнул он, а затем выражение лица мужчины изменилось. Он резко подался вперед, отчего я подпрыгнула на месте, и ровным, не терпящим возражений голосом, произнес:

— Садитесь, адепт Миллиган. Надо поговорить.