Адептка в мужской Академии

И мне отчего-то ой как не понравился этот его взгляд. Слишком пристальный. Словно он сейчас снимал с меня покровы тайны. Один за другим.

Итан и сам в первую минуту не понял, что произошло. Но запах, защекотавший ноздри и коснувшийся обоняния, пробудил в нем первобытные ощущения, заставившие мужчину вздрогнуть и жадно втянуть воздух.

Пахло сладко. Не для человека, но для зверя.

Пахло так, словно здесь была женщина, готовая к спариванию. Готовая для него одного и Хейл не смог противиться этому зову, ощетинившись и выпуская зверя всего на миг. Позволяя ему взять контроль.

Женщина в Академии. Но этого ведь просто не могло быть. И тем не менее, он чувствовал ее присутствие. Запах был слабый, едва уловимый, но от этого не менее волнующий и почти сводящий с ума.

— Профессор Хейл? — обратился к нему один из пятикурсников и Итан усилием воли обратил на него внимание, хотя пытался определить, откуда исходит этот невероятный аромат.

— Свободны на сегодня, — ответил он охрипшим голосом и пытаясь не сорваться на бег, прошел к выходу, заметив у дверей одного из адептов первокурсников, кажется, даже с потока Оливера.

Оказавшись рядом с поклонившимся учеником, Итан резко втянул воздух, но запах уводил его прочь от этого места, в сторону лестницы, что вела наверх.

— Адепт, — обратился он к ученику.

— Да, сэр? — тот почтительно взглянул на него. Но вот глаза паренька Итану совсем не понравились. Было в них что-то подлое, неприемлемое и отталкивающее, несмотря на приятную внешность.

— Здесь была женщина, — уже чувствуя себя почти глупцом, все же спросил он.

— Женщина, сэр? — удивился адепт. Итан вспомнил его имя. Дональд Канингем. Забияка и хулиган. Он знал такой тип людей.

— Здесь не было никакой женщины, сэр! — продолжил парень. — Я пришел, чтобы отработать наказание. Точнее, мы пришли, — поспешно добавил он, но Итан уже не слушал. Аромат вел его прочь от тренировочного зала и, едва переступив порог, он побежал. А достигнув лестницы, принялся перепрыгивать через три ступени, увлекаемый невероятным и таким волнующим запахом. Его зверь внутри рычал и рвался на волю. И Итану с трудом удавалось удерживать вторую ипостась внутри.

Он ощущал себя одновременно взбудораженным и глупым. Потому что, взрослому оборотню не пристало вот так носится, словно он щенок-подросток. Но этот запах…

И откуда он только взялся? В Академии, где из женщин, только несколько кухонных рабочих и те в относительно преклонном возрасте. Других и не брали. Так как считалось, что адепты должны концентрировать свое внимание исключительно на занятиях.

Для разрядки тела существовали выходные и близлижайшая столица, предлагавшая все подобные услуги.