АН (цикл 11 книг) (СИ)

Повсюду стояли камеры — за минувшие дни мы «поработали» с управляющими или же владельцами других телеканалов, так что не только «Жёлтый Зимородок» будет транслировать предстоящую церемонию. При этом и Галицкие в обиде не останутся — парочку эксклюзивных интервью, мы им успели пообещать.

Я, как и все присутствующие на этом празднике аристократы, был облачён в традиционную праздничную одежду. На мне была белоснежная рубаха с золотым орнаментом и красный кафтан всё с тем же орнаментом и гербом рода Александрит на спине. Орнамент был и на золотом обруче, который венчал мою голову.

— Глядите! Вон! Подлетают! — загомонил кто-то из зрителей.

Люди начали задирать головы и указывать пальцами в небо.

В окружении пятидесяти космодесантников на свободный участок площади медленно опускался тёмный самолёт.

«Крыло Ястреба» — воздушный кузнец нашей победы, позволивший незаметно собрать над Кремлём множество сильных бойцов.

«Крыло Ястреба» — воздушное судно, принёсшее сейчас в своём чреве в Кремль его законного владыку.

Самолёт сел аккуратно в центре обозначенной для него площадки. К боку подогнали красивый, украшенный бархатом и золотом трап, дверь открылись, и.

..

Народ ахнул.

Величественно на трап ступила грациозная красавица в красно-белом сарафане. Разумеется, украшен он был таким же, как и на моём костюме золотым орнаментом. Спину красавицы прикрывала лёгкая мантия с гербом рода Александрит. Как и я, Соня носила золотой обруч-корону. Её чёрные волосы были собраны в косу и закручены вокруг макушки.

— Её высочество! — шептали люди.

— Какая красивая!

— Смотрите, Его Величество!

Архей привлекал взгляды, пожалуй, даже сильнее своей матушки.

Наш сынок, так же одетый по такому торжественному случаю в специально сшитый для него миниатюрный кафтан, лежал на руках Сони и с интересом смотрел на окружающий мир.

Я встретил семью у трапа, подал руку жене, помог спуститься по ступеням на ковровую дорожку и повёл её к центру площади, где был сооружён невысокий деревянный помост. Архея она легко несла на одной руке.

Там нас уже ждали два Верховных Жреца самых почитаемых богов империи. Оставив жену с сыном стоять с краю помоста, я отошёл к жрецам.

Жрецы Перуна и Рода поклонились императору и княгине-регенту, затем повернулись к зрителям и подняли руки, призывая к тишине.

Жрец Рода недовольно глянул на Светозара, но тот вообще не обращал внимания на своего коллегу, счастливо улыбаясь гостям."

"— Дамы и Господа, Судари и Сударыни, — проговорил я, а мои слова, подхваченные микрофоном-петличкой, разносились через динамики по всей площади. — Сегодня мы собрались здесь с вами, чтобы собственными глазами увидеть два значительных события.