Ананас на ёлке

Мы опять оказались на улице и несолоно хлебавши двинулись к машине.

– Зря скатали, – подытожил Сеня, когда мы очутились у закрытого магазина.

– Давай все же еще разочек заглянем к Кожину, – попросила я. – В отличие от старика, с которым мы сейчас беседовали, я пока не потеряла память. Чем угодно могу поклясться, что вчера Алевтина Тимофеевна привела меня в дом, который сегодня Семен Петрович называет своим. Ключ она достала из-под крылечка.

– Странно, однако, – пробормотал Собачкин.

Я остановилась.

– Сердитый пенсионер сообщил, что вчера отсутствовал весь божий день. И он прав, кто-то мог войти и соврать, что изба принадлежит ему. Если попаду в дом, то окончательно сумею убедиться, что ничего не перепутала. Да и как можно ошибиться, если тут почти все избы разваливаются? Кузя выяснил, что Алевтина Тимофеевна прописана в Будякине, во втором доме. Но она доярка, не врач. Давай все-таки вернемся к нелюбезному старику.

– Ну… ладно, – после короткого колебания поддержал меня Собачкин.

Я вытащила телефон.

– Кузя! Можешь быстро узнать, кто такой Семен Петрович Кожин? Он прописан в Будякине.

– Секундос, – раздалось в ответ. – Я уже интересовался жителями села, сейчас отвечу. Кожину семьдесят пять лет, женат не был, детей нет. Служил начальником отделения полиции, которая тогда называлась милицией.

– Теперь понятно, почему он такой суровый, – вздохнула я.

– Есть новая информация по Алевтине Тимофеевне, – продолжил Кузя. – У женщины есть сын, вполне успешный. Связался с ним, тот сказал, что у мамы Альцгеймер. Когда болезнь только началась, мужчина забрал ее к себе. Сейчас она полный инвалид, находится под присмотром сиделки, одна на улицу не выходит. В Будякине вчера никак не могла появиться.

– Спасибо, – поблагодарила я и дернула Собачкина за рукав. – Шагаем к Кожину!

Глава двадцать шестая

Мы быстро дошли до нужного дома, Сеня толкнул дверь.

– Увы! Заперто. Может, пока мы по селу гуляли, он в магазин отправился, побрел в другую деревню?

Я развернулась, начала обходить избу, остановилась и позвала Семена. Собачкин подошел ко мне.

– Что-то есть примечательное?

– Смотри, свет в комнате горит, – тихо сказала я, – пенсионер на месте.

Мы вернулись к двери, Семен постучал вновь, но никто не поспешил открыть.

– Точно смылся, – решил Собачкин. – Или лег отдохнуть.

– Что-то случилось, – занервничала я.

– И почему женщины тревожнее мужчин? – вздохнул Семен. – Вечно беду ждут. Не дай бог опоздать минут на десять. Договорились встретиться в шесть, на дороге пробка, и начинается водопад эсэмэсок: «Ты где?», «Что случилось?», «Все в порядке?», «Заболел?», «В аварию попал?».