Архонт росский

Архонт росский
0/10 (0)
О чём книга

Напасть на столицу Византии – вот настоящее безумие. И настоящая дерзость. Эти многометровой толщины стены никто никогда не брал. И ни один вражеский флот не входил в Босфор с той поры, как у Второго Рима появились огненосные дромоны.Но Олег Вещий сделал это.Привел к Константинополю без малого тысячу кораблей.Громадное войско русов и словен осадило Царьград.Вот только осадить величайший город Средневековья – не значит его взять.А войти в пролив может оказаться проще, чем из него выйти.Грядут великие битвы и в них княжич варяжский Вартислав – рядом с Олегом Вещим. А временами - немного впереди. Он же Дерзкий, значит отвага у него в крови. И еще то самое безумие, без которого не бывает сокрушительных побед.И таких же сокрушительных поражений.

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Зато прекрасная возможность убедиться, что туфельки у патрикии обычные. То есть — без каблучков. Значит, она и впрямь высока. Но маленькие ножки изящны, а щиколотки тонки и гладки. Восковая депиляция в Византии была весьма популярна. И не только у женщин.

Надо полагать, Сергей и был приглашен в сей паланкин для того, чтобы продемонстрировать эти самые ножки, потому что расстояние между двумя домами было метров триста, не больше. Можно было и пешком пройтись. Теоретически.

Но — нельзя. Приличия не позволяли. Статус знатной дамы. Это как степному хану пешком ходить. Вышел из шатра, сел на коня, проехал пятьдесят шагов, слез с коня, вошел в другой шатер. Понты, которые стали традицией.

Дом патрикии снаружи выглядел не хуже резиденции ее брата, а вот внутри уступал. И размерами, и убранством.

Хотя экономией здесь тоже не пахло. Мрамор, мозаика, позолота, согнувшаяся в поклонах многочисленная прислуга.

— Размести их, — небрежно бросила Юлия рабу-дворецкому, указав на дружинников Сергея. — Пойдем, мой юный рикс.

— Лодур — со мной, остальным — отдыхать пока, — распорядился Сергей. — Тейт, разберись, кто и когда его сменит.

Болтун кивнул. Как всегда, немногословен.

— Пойдем же! — нетерпеливо бросила Юлия. Даже ножкой притопнула.

И они пошли. Первым — слуга с факелом, за ним — патрикия, потом Сергей, Лодур — замыкающим.

Огонь оказался кстати. Светильники на стенах не горели. Но даже при свете факела, который нес слуга, можно было разглядеть, что позолота местами облупилась, а фрески кое-где требуют реставрации. Старинному особняку не помешал бы косметический ремонт.

Фонтан в атрии тоже не работал. И это летом.

Зато бани были в порядке: мозаику обновили не так давно. В отличие от фонтана, немаленький бассейн был полон до краев. И со светом здесь тоже было нормально. Факелов не требовалось, шести светильников довольно.

Сергей ощутил острую потребность ополоснуться.

В кольчуге, даже при наличии шелкового белья и облегченного подкольчужника, византийским летом жарковато."

"Появилась служанка. Молоденькая, в тунике до колен и босиком. Тут же опустилась на колени и помогла патрикии скинуть туфельки. Юлия потрогала ножкой воду. Надо полагать, температура ее устроила, потому что она что-то сказала служанке, и та тут же начала ее раздевать. Обе не обращали внимания ни на Сергея, ни на слугу с факелом, ни на разинувшего рот Лодура. Сергей обломал отроку шоу, жестом обозначив: «выйди». И только после этого сам расстегнул пряжку пояса. Парные ножны легли на мозаичный пол. Самоцветные глаза золотого мирового змея нурманов на пряжке сверкнули багровым: он не одобрял разоружения. Сергей накрыл змея кольчугой. А нечего подглядывать!

— Не торопись! — ухоженная ручка легла Сергею на плечо.

Подборки для вас

Похожие книги

Чернокнижники

Чернокнижники

Исторические книги, Исторические приключения
Гордиться, а не каяться!

Гордиться, а не каяться!

Исторические книги, Документальная литература
Охотник

Охотник

Исторические книги, Документальная литература
Иностранец на Мадейре

Иностранец на Мадейре

Исторические книги, Документальная литература
Кузькина мать

Кузькина мать

Исторические книги, Документальная литература
Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Хрущёвская слякоть. Советская держава в 1953–1964 годах

Исторические книги, Документальная литература

Оставить отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив