Бархатная Принцесса

Мы искушали ее слишком сильно, натворили столько глупостей и ошибок, но все равно получили наше большое маленькое чудо.

На улицу я выхожу прямо в ленивый мелкий снег. Запахиваю поплотнее пальто, но не спешу садиться в машину, потому что хочу надышаться этим воздухом. Сегодня новый день, какой-то невероятный, особенный, и даже через много лет, если меня разобьет маразм, и я забуду собственное имя, се равно буду помнить именно этот день и вкус этого снега на языке, который я выставила, словно девчонка, впервые увидевшая зиму.

— Даниэла? – слышу рядом вкрадчивый голос.

В нескольких шагах стоит женщина: в когда-то модном пальто, с ранней сединой в волосах. Не то, чтобы старая, скорее, разбитая тяготами жизни. У нее красивое лицо, но глаза глубоко похоронены в морщинах, а губы обветрились, потому что она их постоянно облизывает. И все время затравленно озирается.

— Мы знакомы? – У меня хорошая память на лица, я бы совершенно точно ее запомнила, если бы мы уже встречались.

— Уходите от него, пожалуйста, - бормочет она, перекладывая из руки в руку потрепанный клатч.

— Может, вы представитесь? – Мне не по себе от этого разговора, хоть он еще толком и не начался.

— Мы как-то случайно говорили с вами по телефону. Хотя, это тяжело назвать разговором. – Последнюю фразу она произносит с вымученной улыбкой. И не дает мне спросить, быстро тарахтит дальше: - Послушайте, ну зачем он вам? Чего вам не хватает? Вы молодая, красивая, у вас вся жизнь впереди.

Я никогда ее не видела. Ту женщину, которая звонила Олегу. Ту, которая бросила трубку, как только поняла, что ответил не он. Ту, что предупреждала о какой-то Кате, которая попала в реанимацию. Мне и в голову не приходило представлять, кто скрывается за загадочным экзотическим именем, но сейчас я ловлю себя на мысли, что подсознательно представляла ее другой: молодой, цепкой, как репейник. Понятия не имею, что за тяготы на нее свалились, но точно не хочу в них вникать. Если это прошлое Олега – или его настоящее, как знать – мне оно больше не интересно.

— Эльвира? – угадываю я.

От звука своего имени она вздрагивает, словно от пощечины. Начинает пятиться и теперь почти не смотрит на меня, только вертит головой в разные стороны. Она явно чего-то боится. Или кого-то, но этот человек точно не я.

— Эльвира, я угадала? – Иду к ней, но она пятится все дальше и дальше. Миролюбиво поднимаю руки ладонями вверх и показываю, что у меня нет ни телефона, ни другого гаджета, которым бы я могла заснять или записать нашу встречу. – Я могу чем-то помочь?

Есть же какая-то причина, почему она пришла именно сейчас, сама, хоть явно затравлена и боится даже собственной тени. И я думаю, что все из-за последних событий. И ее слова о том, чтобы я уходила от него – это наверняка об Олеге.