Белое и Черное (СИ)
— Папа! — указательный пальчик Костика взметнулся в сторону, глазастенький парень сразу узнал отца.Юля посмотрела в том направлении. Выпитый кофе стал отдавать прокисшим молоком. Сын все щебетал, выкрикивал: «Папа!», но тот его не слышал. У Лешика поинтересней занятие было. Всем торсом развернувшись к пассажирке рядом, он накручивал на палец рыжеватую прядь. Таким знакомым жестом, провел костяшками согнутой ладони по щеке женщины. Она, та другая, млела, опуская ресницы и загадочно улыбалась в ответ.Юлия задохнулась от вида целующейся парочки… Вот так, в открытую. А если увидит Дарья? Захотелось взять кирпич и разрушить идиллию любовников. Но, кое-кто успел раньше.— Ненавижу! — надрывно верещал дочкин голос. — Сволочь! Я все маме скажу! — она барабанила кулаками по капоту, трепыхаясь яркой бабочкой в красной куртке.В тексте есть: развод, бывшие муж и жена, изменаОграничение: 18+
Юлька ворочалась с боку на бок рядом с мирно сопевшим сыном посередине. У стены, вытянувшись струной, спала Дарья. Юля же скрипела старой кроватью, меняя бока, но ничего не могла с собой поделать.
Вопрос: «Почему Травкин вместо бани рылся в багажнике?» — засел глубоко и никак не хотел убираться. Еще она зацепилась за сказанное Сережей, что они «просто друзья». Интересная, конечно, у них дружба, больше напоминающая отношения без обязательств.
— Юль, я слышу, что ты не спишь, — она чуть с кровати не свалилась, подпрыгнув от неожиданности.
— Я сплю, — решила пойти в отказ и крепко зажмурилась. — А ты чего бродишь? — открыла один глаз, чтобы различить в потемках большую фигуру мужчины.
— Пойдем, чаю попьем, — до ее лица долетело теплое дыхание пригнувшегося Травкина.
Юля просто кивнула. Посмотрела на спящего Костю. Укрыла его выставленную ногу одеялом. Поцеловала сжатый кулачок, с откинутой на подушку руки. Дотронулась кончиками пальцев до волос дочери. Вздохнув, стала выбираться с нагретого места.
Одернула бомбер теплой флисовой пижамы розового цвета, низ которой заканчивался штанами. Всунув ноги в тапки, Юлька пошаркала на кухню. Там стояла расправленная раскладушка, где должен почивать полковник, но на ней даже подушка не смята.
Скромно присела на стул, сложив руки на колени и щурясь, еще не привыкшими к свету глазами, посмотрела на Сергея. Тот с какой-то отеческой печалью стал говорить с ней, чуть наклонив лысую голову на бок:
— Ты хорошая девочка, Юля.
— Недостаточно хорошая для тебя, Сереж, — вернула ему «пас», опустив глаза в темные «воды» чая.
Обхватив горячую чашку двумя руками, сделала глоток. Фыркнула и добавила еще одну ложку сахара. Добавив, поняла, что не в сладости дело — горько где-то изнутри. Противно от самой себя, что любимый мужчина ее не принимает, втирает какую-то ересь.
Травкин в чем ее пытается убедить? Что они не пара? Как Дельфин и Русалка. Красавица и Чудовище. Как белое и черное…
Конечно же, все люди разные! Было бы забавно, найди Сереженька себе женщину под стать — лысую, с большими ручищами. Курили бы вместе и мерились силушкой на кулаках. И секс… Б-р-р-р! Дебильное сопоставление. Чуть не передернуло от того, куда ее богатая фантазия завела.
— В том и дело, Юль, что тебе нужен нормальный мужик, а не такой, как я. Урод, — заворочал челюстью. Самому сравнение не зашло? Да? Она не знала, как правильно реагировать на самокритику.
— Уговорил. Познакомь меня с нормальным. Полностью доверюсь твоему вкусу. Поимел женщину сам, дай рекомендацию другому. В письменном виде характеристику, — ерничала она, глядя на угрюмое лицо своего упрямца. — И…и… вообще! Что ты прятал в багажник? Я все видела! — вздернула нос.
— В смысле… В какой багажник.

















