Безмолвный пациент
Жизнь Алисии Беренсон кажется идеальной. Известная художница вышла замуж за востребованного модного фотографа. Она живет в одном из самых привлекательных и дорогих районов Лондона, в роскошном доме с большими окнами, выходящими в парк. Однажды поздним вечером, когда ее муж Габриэль возвращается домой с очередной съемки, Алисия пять раз стреляет ему в лицо. И с тех пор не произносит ни слова.Отказ Алисии говорить или давать какие-либо объяснения будоражит общественное воображение. Тайна делает художницу знаменитой. И в то время как сама она находится на принудительном лечении, цена ее последней работы – автопортрета с единственной надписью по-гречески «АЛКЕСТА» – стремительно растет.Тео Фабер – криминальный психотерапевт. Он долго ждал возможности поработать с Алисией, заставить ее говорить. Но что скрывается за его одержимостью безумной мужеубийцей и к чему приведут все эти психологические эксперименты? Возможно, к истине, которая угрожает поглотить и его самого…
Не особо героическое поведение, как ни смотри, и древние греки, должно быть, приняли его за дурака. Зато Алкеста, жена Адмета, совсем на него не похожа. Она храбро заявляет, что готова принять смерть вместо супруга. Возможно, Алкеста не ожидала, что Адмет примет ее предложение, но он соглашается и ей не остается ничего другого, кроме как расстаться с жизнью и сойти в царство Аида.
Впрочем, история на этом не кончается. Развязка сделана в классических традициях deus ex machina[23]: неожиданно появляется Геракл, который забирает Алкесту у Аида и победно возвращает ее в мир живых.
Еще раз внимательно и не спеша перечитал финал трагедии. Алкеста возвращается из царства Аида. Она снова жива, но не хочет или не может говорить о том, что пережила на том свете. Адмет в отчаянии восклицает, обращаясь к Гераклу: «Так отчего ж она молчит?» Ответа на его горестный вопрос нет. Трагедия заканчивается на том, что Алкесту, не проронившую ни слова, уводят в дом Адмета.
22Из дневника Алисии Беренсон
2 августа
Сегодня еще больше припекает. Да в Лондоне жарче, чем в Афинах! По крайней мере, в Афинах есть пляж… Сегодня из Кембриджа позвонил Пол. Я не ожидала услышать его голос. Последний раз мы разговаривали друг с другом несколько месяцев назад. Сначала я подумала, что он собирается сообщить о кончине тети Лидии. Скажу честно, на секунду я даже почувствовала облегчение. Но вскоре поняла, что ошиблась. На самом деле я так и не поняла, что от меня понадобилось Полу.
– Я к вам заеду, – пообещала я. – Сто лет не общались. Давно пора повидаться.
На самом деле мысль о том, чтобы поехать в Кембридж и увидеться с Лидией и Полом, вызывала у меня смешанные чувства. Все закончилось тем, что я решила не ехать. Страшно мучила совесть – но я проигрывала при любом раскладе.
– Надо это исправить, – сказала я. – Я навещу вас как-нибудь. Прости, не могу дольше говорить – выбегаю из дома…
И тут Пол что-то очень тихо проговорил.
– Что? – переспросила я. – Не слышу!
– Я, говорю, попал в беду. Алисия, мне очень нужна твоя помощь!
– Что случилось?
– Это не телефонный разговор. Пожалуйста, давай встретимся.
– Но… я не могу примчаться в Кембридж сию секунду, – заколебалась я.
– Я сам приеду сегодня вечером, идет?
Что-то в голосе Пола заставило меня согласиться не раздумывая.














