Бракованная

В этот момент мне становится безумно жаль моего Снегирька. Даже гнев на нее куда-то девается. Впрочем, он слишком быстро возвращается.

— Эвелина наверняка пошла к тому детективу, Громову! — тут же понимаю.

— Секунду...

Семён достает телефон, какое-то время в нем роется.

— Нам удалось найти номер телефона этого Громова, можно позвонить, спросить…

— Перешли мне, я сам позвоню…

Слышу жужжание своего мобильного — пришло сообщение с номером, киваю Семёну и ухожу в свой кабинет.

Все-таки не могу поверить в случившееся, в серьезность злых слов Эвы.

Она не могла на самом деле так думать, хотеть расстаться. Нет, это всё не о моем Снегирьке…

Из-за какого-то вскользь оброненного предложения о суррогатном материнстве? Что в нем плохого, в конце концов? С чего Эве так беситься? Вчера она и правда вела себя совершенно неадекватно. Может быть, задел какую-то струнку ее души? Обидел? Тогда какого рожна она просила прощения?! Мне не понять эту женщину…"

"Тут в голову приходит простое и ясное объяснение — это игра. Эва просто ведет какую-то свою игру. Ей зачем-то надо, чтобы я понервничал, побегал, унизился.

Может, гормоны шалят или какая-то вожжа под хвост попала. По сути, моя жена — еще слишком молодая, глупая девчонка.

Только со мной этот номер не пройдет. Я не пацан, а взрослый мужчина. Такими, как я, не разбрасываются. Из-за какой-то недомолвки делать мне такую подлость? Я должен поставить Эву на место раз и навсегда, чтобы больше никогда не смела выкидывать ничего подобного…

Пусть почувствует — как это, сидеть без бабла, без шмоток любимых, кукол, без того, чтобы ее круглыми сутками облизывала прислуга.

Кстати, обычным людям еще на жизнь зарабатывать надо. Она хочет вернуться к сестрам. Вряд ли они возьмут ее на бесплатный постой, скорее всего, припрягут к делу. Соскучилась по работе горничной? Хорошо, пусть вспомнит, что это такое. Да она через два дня взвоет! Через три начнет сама мне названивать, через пять примчится просить прощения. Не я за ней буду бегать, а она за мной.

Звоню по заветному номеру, слышу зычный бас Громова:

— Что нужно, Лев Владиславович?

Даже не удивляюсь, что он знает мой номер телефона.

Как-никак бывший мент.

— Вы гарантируете, что у сестер моя жена будет в безопасности? Там действительно есть охрана?

— Да, — отвечает он тут же.

— Дайте мне поговорить с Эвой.

Через некоторое время в трубке слышится робкое «алло» Снегирька.

— У тебя есть неделя… За это время ты либо возвращаешься из своей самоволки, либо идешь на хрен, ты поняла меня?

— Поняла, — отвечает она.

На этом кладу трубку, я всё сказал.

Вот и проверим, насколько она понятливая.

Глава 41.