Бракованная

Нальет воды девицам в уши, улыбнется триста пятьдесят раз своей белозубой улыбкой, и желаемый объект тает, смеется над его шутками. Это я по Эве сужу.

Бесит меня его подход, откровенно бесит. Слава богу, неделя уже почти на исходе, а дольше я ждать не буду. Есть у меня ма-а-аленькая, крохотная надежда, что Снегирёк всё-таки устоит, не перейдет ту грань, за которой закончатся наши с ней отношения.

«Что, если перейдет?»

Мне даже думать об этом больно. Я и так последнюю неделю, считай, существую. Живу от отчета к отчету и гадаю, случилось ли сегодня непоправимое.

Неожиданный стук в дверь заставляет меня вынырнуть из пучины гадких мыслей.

Это Эвелина, пришла непонятно зачем.

— Лев, ты занят? — спрашивает она.

Едва успеваю захлопнуть крышку ноутбука, как Снегирёк проходит в кабинет.

— Я не понял, я разрешал войти? — отвечаю слишком резко, даже сам от себя такой резкости не ожидал.

Эва реагирует предсказуемо, замирает на полпути.

— Не разрешал, — тихо шепчет она. — Мне выйти?"

"Эта ее вечная покорность… Ведь показная, чувствую, а заводит просто дико. Снегирёк всегда на меня так действует. Дело ухудшается еще и тем, что я с ней все эти пять дней не спал.

Решил: пока не буду уверен в Эве на сто процентов, не стану к ней прикасаться. Старался заходить в спальню глубокой ночью, когда моя невеста уже видела десятый сон, а сама она секс еще ни разу не инициировала.

Оглядываю ее. До чего же красива, хоть и одета в простую юбку почти до колена, свободную блузку, которая прячет богатство бюстгальтера. Вспоминаю, какое откровенное белье Эва недавно накупила. Я случайно увидел пакет на кровати, посмотрел. Кружевное, мягкое… Вдруг она сейчас в нем?

Стоит мне представить свою невесту в этом белье, и становится совсем невмоготу.

Собственно, почему я должен отказывать себе в удовольствии?

— Иди сюда, Эва, — командую я, прищурившись.

Она подходит к столу, и я приманиваю ее ближе.

— Ой! — визжит Снегирёк, оказавшись у меня на коленях.

— Что там у нас прячется такое красивое? — спрашиваю с хищной улыбкой.

Вытаскиваю полы ее блузки из юбки, запускаю руку под шелковую ткань и тут же нахожу с чем поиграть, накрываю ладонью ее грудь.

Эва мгновенно краснеет.

— Но ведь еще день, Лев…

Железный аргумент, что я могу сказать.

— Люди занимаются этим и днем тоже… — отвечаю с усмешкой.

Спускаю Эву с колен, но не отпускаю, держу под локоть, чтобы не сбежала. Свободной рукой расчищаю на столе пространство: отодвигаю папки с документами, ноутбук.

— Что ты собираешься делать? — охает Эва.

— Сейчас узнаешь…

Я придвигаю Снегирька к столу лицом и нагибаю. Она упирается грудью в столешницу. Охает, когда я задираю ее юбку сзади, пытается подняться, но я надежно фиксирую ее в таком положении рукой.