Бракованная

Вглядываюсь в лицо моего Снегирька и вдруг понимаю: перспектива провести со мной неделю ей противна. Ей больше не нужно то, что сама просила у меня совсем недавно.

Я ей не нужен.

Я тут унижаюсь, прошу ее о чем-то, а ей всё равно.

— Тебе этого больше не хочется, так? — спрашиваю, резко от нее отстраняясь.

Эва обнимает себя руками, смотрит на меня круглыми глазами.

До меня наконец окончательно доходит: не любит и не полюбит, как бы я ни старался, что бы я ни делал, сколько бы денег на нее ни потратил. Могу хоть на изнанку вывернуться, это мне привлекательности в ее глазах не добавит.

«Не хочешь меня любить, детка? Не надо!»

В браке любовь — дело десятое. Вообще-то, когда я ее брал, ни на какую любовь не рассчитывал, мне просто нужна была нормальная ДНК и женщина, с которой можно ужиться.

Пусть Эва меня ненавидит, может быть, так даже проще. Честнее, правильнее. Ведь рано или поздно она всё равно меня возненавидела бы. Лучше сразу, чтобы я не питал иллюзий.

— Лев, я…

Она пытается что сказать, а я резко перебиваю:

— Давай договоримся как взрослые люди! Мне твои чувства до одного места! Так же, как и тебе мои.

Но я хочу детей… И ты родишь мне их, Снегирёк, будешь заниматься их воспитанием, будешь исправно отдавать мне супружеский долг, ходить со мной на приемы, в общем, делать всё, что делает приличная жена. За это я буду о тебе заботиться, обеспечу всем, что ты только захочешь. Чем ты послушней, тем шире моя забота. Вот такой договор!

Она смотрит на меня своими огромными глазищами и будто бы хочет закричать. Даже жду этого, но вместо крика с ее губ срывается лишь тихая просьба:

— У меня есть условие.

— Ты не вправе высказывать мне какие-то условия!

— Всего одно…"

"— Ладно… — Я решаю пойти на последнюю уступку.

 — Давай свое условие!

— Ты не станешь обижать наших будущих детей, не ударишь, не станешь жестоко наказывать…

От ее просьбы хочется скрежетать зубами.

— Я похож на человека, который может обидеть ребенка? — Мой голос грохочет на всю спальню.

Ожидаю, что Эва догадается извиниться, но она лишь твердит тихим голоском:

— Пообещай, пожалуйста!

Несложно пообещать не делать того, чего ты и так делать не собирался, хотя сама формулировка изрядно бесит. Я ведь не изверг какой…

— Обещаю, Эва! Я не обижу наших детей, да и тебя обижать не стану.

Но если ты мне изменишь, убью. Я не фигурально выражаюсь. Твоя верность — твоя безопасность, тебе ясно?

— Ясно… — отвечает она, громко сглатывая.

Глава 31. Ночной переполох

Через три месяца:

Пятница, 1 мая 2020 года

2:30

Лев

И вот я снова стою на пути серебристого «лендровера», снова столбенею, четко понимая: меня вот-вот собьют. Снова резкий толчок и…  я лежу на холодном бетоне, придавленный тушей Семёна. Он буквально снес меня в сторону своим телом.