Чернокнижники

Смесь самых разнообразнейших чувств, от удивления и страха до какого-то унизительного бессилия перед неотвратимостью всего, что еще только произойдет. Некоторые в такой ситуации напивались — командование закрывало на это глаза, чуть ли не подталкивало к тому. Он не пил. Но первые несколько дней и впрямь, если подумать, выглядели жуткими…"

"Главное, он выдержал эту лавину подробностей — а ведь некоторые не выдерживали, уходили. Говорили даже, что один офицер пустил себе пулю в висок. Он выдержал. И ни о чем теперь не жалел — завороженный, особенно чуточку зная свое собственное будущее…

— Простите, я не расслышал, — спохватился он, поглощенный собственными мыслями. — Вы что-то говорили?

— Да, я хотел спросить… Куда мы теперь?

— Пожалуй, я уже видел все, что мне нужно. Получил все, что нужно, — он глянул на запечатанный конверт и хомяковскую папку под мышкой. — Пора возвращаться в Гатчину…

Глава V

БУКВА «АЗ»

Липунов неторопливо шагал вдоль садовой решетки, слегка помахивая тростью со строгой серебряной рукояткой. Приходилось признать, что сей субъект нисколько не похож на образ террориста, сложившийся у части несведущей публики: этакий взъерошенный, дурно одетый персонаж с торчащими во все стороны космами, в очках, давно небритый, лицо искажено злобою и садистической гримасой…

Ничего подобного. По улице неспешно шествовал прекрасно одетый, респектабельный барин из тех, кому городовой поспешит при иных обстоятельствах отдать честь. Красивое лицо — породистое, энергичное, волевое. Ничего удивительного, что сумел, по-мужицки выражаясь, охомутать светскую красавицу и столько лет выступать в роли законного аманта…[2]

Поручик рассматривал его на экране без особого интереса — успел уже наглядеться. Просто-напросто другого занятия не нашлось. Наблюдатель в другой комнате, занимавшийся первой «вспышкой», той, что случилась у Бутырского вала, пока что так и не появился — следовательно, результатов еще не было. Точное время-то известно, а вот с точным местом обстоит немного похуже: аппаратура Особой экспедиции, как ему объяснили, особо скрупулезной точностью похвастать пока что не могла, и зафиксированная ею точка располагалась на участке длиной в несколько десятков метров. «Вспышка» к тому же была кратковременной, буквально в несколько секунд — так что наблюдатель, служака прилежный, обшаривал указанное место практически поминутно. Так что времени, еще до начала работы было ясно, уйдет изрядно. Чтобы не торчать в той комнате, терзаясь неизвестностью и нетерпением, поручик и взялся наблюдать за Липуновым — благо день выдался спокойный, и добрая половина наблюдательных комнат оказалась свободной, так что он без всякого труда заполучил в свое распоряжение две сразу. Повезло.