Чудище, или Одна сплошная рыжая беда

И пришлось, в итоге бедному эльфенку выпить для храбрости, гасить свет и лезть на барную стойку, где мягконько мерцала наверху подсветка…

А нечего было мне проигрывать, да еще и в гонке!

Ладно хоть из музыки выбрали что-то зажигательное и ритмично, так что Игорек вскоре очень даже вошел во вкус довольно-таки неплохо двигал бедрами!

— А хорошо, хорош, — кивала восторженная я, глядя на довольно хихикающих девчонок. Неаполь так вообще уже достала кошелек и под подозрительный взгляд Харлея показательно отчитывала купюры, которые собиралась сунуть в одежку «стриптизера».

— Ань, ты страшный человек, — наклонившись к моему уху, шепнул сидящий рядом Богдан. — Надеюсь, мне достанется желание попроще?

— О, точно! — щелкнула я пальцами. Он же мне тоже желанье обещал! И тут же скорчилась. — Хотя нет. Ты вряд ли на это согласишься.

— Уверена? — насмешливо покосился на меня Полонский.

Опа-па, вот это новость. Я, конечно, шокировалась малость, но дважды уговаривать меня не пришлось.

— Ди-джей, стоп музыка! — весело и предвкушающее крикнула я. — Игорек, держи штаны, к тебе идет поддержка!

— И кто сей доброволец? — поинтересовался Верещагин, щелкнув пультом от домашнего кинотеатра.

Поднявшийся Богдан под смех народа молча поднял руку, опрокидывая внутрь стопку коньяка.

— Ань, а еще должники есть? — хихикнула Аленка. — Ну, для группового танца?

— Могу вызваться добровольцем! — неожиданно хохотнул Исаев.

— Мы только за! — радостно потерла руки Эльза, повернулась к Верещагину и ехидно так. — Не поспособствуете, Олег Геннадьич?

— Я б с радостью, — хмыкнул рокер. — Да боюсь потолок головой пробью!

— А ты куда, моя рыжий питекантроп? — Неаполь удержала за пояс джинс рвущегося в бой Харлея.

 — Твои телеса отныне мне принадлежат! И проломишь нафиг мебель своей тушей.

— Логично, — почесал маковку Харлей. И, радостно оскалившись повернулся к другу. — Ми-и-их…

— Не-не, — поднял руки соседушка. — Я пас!

— Ну Мишенька Лександрыч, — заныла вдруг Ариша, поглаживая его по плечу, глядя своими огромными синими глазами. — Ну станцуйте со всеми для нас…

Алехин посмотрел-посмотрел. Подумал-подумал… Чертыхнулся, выпил и полез на стойку к остальным!

Мы потерли ручки, похихикали, устроились удобно на диване, предвкушая зрелище, которого еще не бывало и в помине! Я даже с десяток ехидных комментариев заготовила на всякий случай.

Олежка врубил музыку, щелкнул свет…

Станцевали!

Через пять минут в комнате повисла такая тишина…

— По-моему мне срочно нужно в душ, — послышался дрожащий, непривычно взволнованный голос моей вроде как отмороженной подруги.

— Ледяной душ, — сглотнув, уточнила моя светлость, протягивая трясущуюся ручку за стопкой с коньяком.

— Чур, я первая, — хрипло откликнулась Алёна.