Дела минувшие

– Но вы, Потап Петрович, в тот раз говорили, что скоро освоите несколько серий. Пока их лишь четыре, если вы не наврали. Я увидел вообще две. Это рискованно."

"– Говорил и подтверждаю: мы работаем над этим. Серий действительно четыре. Через неделю получим еще четыре, будет восемь разновидностей. Представляете? Сунул их в пачку – никто не заподозрит! Все «блиноделы» проваливаются именно так: банкноты с одним и тем же номером бросаются в глаза. Мы решили этот сложнейший вопрос. Знали бы вы, каких трудов нам это стоило…

Лыков спросил решительным тоном:

– Сколько от номинала вы хотите получить настоящими деньгами?

– Семьдесят копеек за рубль.

«Демон» покачал головой:

– Слишком много. Белокриницкие деловики, как вы их аккуратно назвали, работают из половины. Они сила, потому могут выбирать и диктовать условия. Там каста! От Архангельска до Владивостока имеются их торговые дома, банки, заводы. Многомиллионные обороты и взаимовыручка. Попадете туда – и сбыт ваш вырастет в разы. Но начать следует скромно, с подобающим почтением. Вы же не думаете, что у вас единственная «блинная» на всю Россию?

Брехов заволновался:

– Однако такого качества, как у нас, нет больше ни у кого! Опять же, восемь разных серий!

– Я сообщу Арсению Ивановичу через Горсткина, но учтите – там могут не принять.

– Давайте начнем. Поторгуемся-поторгуемся, да и сговоримся. По рукам?

И фальшивомонетчик протянул «демону» руку. Но тот не спешил пожать ее, а сказал:

– За пять процентов.

«Блинодел» вздохнул:

– Что с вами поделаешь? За пять, договорились.

Они пожали друг другу руки и разошлись.

Начальник морозовской охраны приехал через три дня и привез с собой большую коробку со «святцами»[71].

В тюрьмах Российской империи строжайше запрещены были азартные игры, и тем не менее не существовало такой тюрьмы, где бы карты не процветали. Горсткин спокойно вручил «книжки в тридцать два листа» подследственному. При беседе присутствовал надзиратель, один из самых противных. Он стоял рядом и вел себя по принципу «смотри в оба, а зри в три».

Степан разыграл все как по нотам.

– Ну и задал ты нам хлопот, чертушко! – сердито заявил он с порога. – Столько денег пришлось извести. Арсений Иваныч велел вычесть их из твоего жалованья.

– Ничего, я еще заработаю, – беззаботно парировал Лыков. – Скажи лучше, как мои дела? Все получилось?

– Дела на мази. Свидетелей я повидал, начал склонять. Поддадутся, куда они денутся? Финажки все любят.

– Долго еще мне здесь куковать? Скучно, да и время терять жалко.

Горсткин хлопнул ладонью по столу:

– Сам Марголин скоро приедет, как мы и обещали. Из числа лучших присяжных поверенных, судейские его побаиваются. Следователь передаст дело прокурору через два-три дня.