Девочка-война

Пиф-паф, ой-ё-ой!

Секунды томительного ожидания, пока я считала гудки, и сердце долбит где-то в горле, а потом я слышу хрипловатый смех и тихое «привет» в трубке.

— Значит так, любимый, — последнее слово я так исковеркала интонацией, что даже мне стало немного обидно. Ведь он такой и есть, вообще-то…

— Ага, я весь во внимании, Малинка моя. Ты звонишь сказать мне, что согласна на свидание?

— Я звоню сказать, что ты ошалел! — почти рычала я в трубку.

— Ах, это. Ну тут я в курсе, — и новая порция смеха прокатилась жаркой волной по моим оголенным нервам, — А вообще спасибо тебе.

— За что?

— За то, что позвонила. И за то, что в твоем телефоне я был просто «Демид», а не какой-нибудь там…"

"— Козел бессердечный? — тут же пришлась я ему на помощь и усмехнулась.

— Ага! Или может…

— Погремушка? — и новая волна заразительного смеха заставила даже меня улыбаться от уха до уха.

— Даже так? — просмеявшись, выдавил он себя, — Эх, суровая ты, Малинка моя.

— Папа понял, что писала не я, Дём, — и снова я не заметила, как нежно назвала его по имени. Оно само-собой получилось, честное пионерское!

— Блин, прости! — виновато прозвучал его голос.

— Никогда! — как-то слишком грустно ответила я и прикусила губу.

— Я попробую изменить твое решение. Ладно? — и голос тихий, переходящий почти на шепот. И мурашки так услужливо пробегают по моей спине.

— Я подумаю. С месяцок, — выдыхаю я. Да что с меня уже взять? Я влюбленная идиотка и на мне можно поставить крест. Наверное…

— Понял. Тогда спокойной ночи, Агата, — так ласково тянет он мое имя. Или мне так просто кажется?

— Спокойной, Демид, — и он первым отбивает звонок, а мне в момент становится грустно.

Я запуталась. И хочется, и колется, и страшно до безумия окунуться в это море под названием «Демид Громов».

Мне крышка, если это очередная жестокая его игра…

Но, вопреки всему, контакт «Любимый» обратно на просто «Демид» я так и не сменила.

Глава 55

POV Агата

Спокойной ночи? Х-м-м…

Только вот сон все никак не шел, а сердце выламывало грудную клетку изнутри, его переполняли эмоции, во главе с надеждой на что-то чистое, светлое и настоящее.

Я в эмоциональном порыве откинула одеяло и подбежала к Его подарку, а потом протянула руку и вытащила заветную записку.

«Вот так же и я теперь весь твой»

Озноб прокатился по телу, а потом его разом затопило сумасшедшее тепло. Боже, пусть это будет правда! Прошу, умоляю…

Я изо всех сил зажмурилась и прислонила записку к своим губам. Что, если он не врал? Что, если писал это от всего сердца? Что, если это действительно так?

И вот уже душа почти запела от этого робкого намека на счастье, разглядела в непроглядной тьме лучик надежды на что-то больше, чем просто Он и Я.