Девушка сына. Я одержим ею

Ноги отрываются от пола, а пальцами я пытаюсь схватиться за ручку двери, чтобы не дать с собой что-нибудь сделать.

Амир без каких-либо слов заходит в квартиру. Подхватывает меня на руки. Я не успеваю даже вдохнуть кислорода.

Оказываюсь в его руках.

Саидов разворачивается, захлопывает дверь моей квартиры со всеми вещами и… Спускается вниз по лестнице.

Открываю от шока рот.

И не знаю, что сказать.

Что он офигел?

Переходит все границы?

– Амир, поставь меня на место! – прихожу в себя. – Что на тебя нашло? Куда ты меня несёшь?

Где Ася в это время?!

На работе…

А если орать начну?

– Я буду уродом, – внезапно произносит. Каменное лицо не меняется, и ни один мускул на лице не выдаёт каких-либо эмоций. – Считай меня хоть кем. Но своего ребёнка я не оставлю. Как и тебя. Поэтому, ненавидишь ты меня или нет, но с этого дня ты от меня никуда не денешься.

Я превращаюсь в статую и не понимаю, о чём он говорит.

– Это мой ребёнок, – отвечаю, переставая сопротивляться. Сколько можно каждый раз идти против моего слова? Точно. Оно для него ничего не значит. – Не Аяза, не, тем более, твой. Называть внука своим ребёнком – наглость, тебе не кажется?

Я вообще не представляю, как спорить с этим человеком! Каждое его слово либо вгоняет меня в ступор, либо злит! Шокирует!

Но никак не вызывает адекватной реакции!

Даже вот эта его усмешка на губах – раздражает!"

"– Твой, – соглашается, кивая. Выходит на улицу и несёт меня к своей машине. – И мой. Думаешь, я отдал бы тебя своему сыну после того, что между нами произошло?

Кажется, мой мозг отказывается работать.

– Что это значит?

Дверь автомобиля открывается.

Саидов опускается на сиденье вместе со мной. Сажает к себе на колени и прижимает так, что глаза едва не вылетают из орбит. Я отрываюсь от него, пытаюсь вырваться, а он мёртвой хваткой вцепляется в моё тело. В плечи и ноги. К животу не прикасается, и хоть это обнадёживает.

Я боюсь делать хоть одно резкое движение.

– Перестань дёргаться, – басит над ухом. – Если за ребёнка переживаешь. Сядь и сиди. И мы поговорим.

– Только если ты выпустишь меня из машины.

– Максимум – открою окно. Но делать этого не стану. Кондиционер работает. Керем, кстати, убавь мощность.

Я выдыхаю. Поднимаю голову вверх, встречаясь глазами с Амиром. В салоне становится неожиданно тише. Наверное, потому что водитель убавил мощность кондиционера.

Мы трогаемся с места, но это последнее, что волнует меня.

– Объясни, – требую. Он сам должен знать, что именно.

– Ты назовёшь меня козлом, – говорит серьёзно, смотря мне в глаза. Я невольно ловлю себя на мысли, что он… Изменился не сильно. Всё те же черты, только морщин стало немного больше… А на висках появилась седина.

Красивый, как Дьявол.

И чем я только его зацепила?..