Дилемма дебютантки

Обеспечить себе самую лучшую партию в дебютный сезон — вот чего следует добиваться. От этой мысли ей опять стало нехорошо.

— Почему ты не хочешь принять мое предложение? Я вместо тебя поближе сойдусь с герцогом и хорошенько его проучу! — запальчиво сказала Элизабет.

Джессика хмыкнула и покачала головой.

— Нет, спасибо. Если тебе наплевать на свою репутацию, то мне нет.

Вздохнув, Элизабет опять удобно устроилась в кресле.

— Ладно. И все равно я не понимаю, почему бы нам не пошалить? Сейчас, по-моему, самый подходящий момент мне предстать вместо тебя.

Джессика уже приготовилась ответить на эту нелепость, но тут дверь в гостиную открылась, и в комнату вошла маркиза.

— Доброе утро, дорогие мои.

Джессика бросилась к ней.

— Ну что? Что пишут в газетах?

Леди Уитморленд рассмеялась.

— Не беспокойся, дорогая, все в порядке. С радостью сообщаю, что в «Морнинг кроникл» и «Газетт» ты предстала чуть ли не героиней. Можно не сомневаться, что высший свет через пару недель забудет об инциденте с Торнбери.

— Героиня? Так это же здорово! — вмешалась Элизабет.

— А что насчет «Таймс», мамочка? — обеспокоенно спросила Джессика, хоть сообщение матери ее и порадовало. — Что пишут в «Таймс»?

Лондонская «Таймс» была окончательным арбитром во всем, о чем судачили в обществе, и Джессика прекрасно это понимала. То, что писали другие газеты, не имело особого значения, если «Таймс» давала уничтожающий комментарий.

— Джастин как раз отправился ее купить, вернется с минуты на минуту, — заверила ее маркиза. — Не переживай. Не сомневаюсь, что в ней будет примерно то же самое.

Джессика заставила себя сесть на диван, втянуть воздух и сосчитать до трех. Напряжение, поселившееся внутри, начало понемногу отпускать, но все равно она не могла до конца поверить, что ее репутации ничто не угрожает, пока не увидит «Таймс».

— Вот увидишь, дорогая: тебе не нужно так волноваться, — попыталась успокоить ее мать.

— Ты могла бы ей с таким же успехом посоветовать перестать дышать, — съязвила Элизабет. — Ей нравится изводить себя.

— Вовсе нет, — возразила Джессика. — Просто я ничего не могу с собой поделать. Через несколько недель сезон закончится, а я потратила почти все время в погоне за этим неуловимым чудовищем Торнбери. Что, если вдруг у меня больше не будет шансов?

— Вокруг тебя полно воздыхателей, — напомнила Элизабет. — Почему, ты думаешь, они каждый день набиваются в эту гостиную, после того как ты вышла с дебютом? Тебе нужно всего лишь определиться.

— Но ведь нет никакой уверенности, что теперь будет все по-прежнему, — возразила Джессика, и тревога опять заполнила ее грудь.

— Мамочка, кто у нас в высшем свете самые подходящие джентльмены? — поинтересовалась Элизабет.