Дорога в один конец

Стукнула дверь, и на пороге появился боец-посыльный:

– Разрешите войти?

– Что у вас? – повернулся к вошедшему майор.

– Товарищ майор, разрешите обратиться к товарищу старшему лейтенанту?

– Обращайтесь.

– Что случилось, Городня? – спросил посыльного Горячев.

– Унтер немецкий оклемался, его сейчас Пинчук допрашивает.

– Ну-ну! И что хорошего рассказал тот унтер?

– Немцы ожидали прорыва разведгруппы. Им было приказано не открывать огня, чтобы русские не возвратились. Немедленно сообщить о появлении противника и дать точные коор… – запнулся посыльный, – кордонаты места прорыва.

– Координаты, – машинально поправил его ротный. – Это все? Немец не сказал, успели ли они сообщить об этом?

– Сказал, что направил связного в тыл. Непосредственно перед тем, как на них напали. Телефонной связи у них не было.

– Ну, если верить бойцам, что унтера привели, то связного Красовский пристукнул по дороге… – пробормотал Горячев. – Все, Городня?

– Пока все, товарищ старший лейтенант. Как что-то новое будет, Пинчук тотчас же доложит.

– Свободны! – махнул рукою майор.

Когда за посыльным закрылась дверь, оба офицера уставились друг на друга. В избе воцарилось молчание…

Глава 7

Все-таки зеленая жаба – воистину страшный зверь!

Вот кто бы мне пояснил, за каким таким хреном надо было мне еще и пулемет с собою волочь? Нет, понятное дело, что из окопа его утащить было необходимо – это сильно работало на версию о зловредных русских разведчиках. Мол, не только унтера сволокли, но еще и пулемет заодно прихватили. Понятно и объяснимо. Ну, так и надо было бы его где-нибудь в лесу выкинуть. Потом, отойдя километров на парочку.

Так нет же!

Как деревенский куркуль, тащу его на горбу – жалко! (за него деньги плачены…) Ага, и еще три ленты, совсем сдурел…

Может, и впрямь его куда-нибудь тут присунуть? Ведь не догоню же своих!

Нет, решено, оставляем эту железяку.

Вот, кстати, место приметное (зачем?!), чтобы его заныкать… (назад тащить собрался?)

Тут когда-то шли бои."

"Кто и кому здесь тогда навтыкал, сказать сложно. Но, исходя из того, что данное местечко находится ныне в немецком тылу, можно предположить, что в итоге нагрели-таки нас. Полузасыпанные взрывами окопы, перепаханные снарядами огневые ПТО – резались тут свирепо. На траве то и дело натыкаюсь на пожелтевшие остатки бинтов, россыпи гильз – обычные следы жаркого боя. А вот и пулеметное гнездо. Оно прямо-таки засыпано гильзами, видать, «максим» оторвался на всю катушку. Аж по щиколотку – ей-бо, не вру! Самого пулемета, разумеется, нет – унесли. А вот одна из коробок – осталась, та, что с банкой воды (ныне пустой) и маслом. Оно, кстати, в наличии, не забрали. Подобрав в окопе плащ-палатку, кладу на нее трофей, вытаскиваю из сидора ленты и заворачиваю все это в брезент.