Мои порочные отчимы (СИ)

доверилась?? После всего, что было? Дин меня похитил! Угрожал... унижал!

Я смотрю ему в глаза, стараясь выглядеть как можно беззащитнее, и говорю:

- А вы меня не обидите?

Он в секунду преодолевает расстояние между нами

Порывисто притягивает к себе и зарывается носом в мои волосы. Вдыхает полной грудью и сдавливает меня ещё сильнее.

- Нет, милая, не обидим.

Я робко обнимаю его в ответ.

Провожу ладонью по бугрящимся мышцам. Такие горячие и твёрдые...

- Скажи, что я могу сделать для тебя, Лана? - спрашивает он, шумно вдыхая запах моих волос.

- Ты можешь больше не запирать меня? - тихо шепчу я ему на ухо. - Мне... мне так страшно...

Сперва Дин молчит, но потом, вздыхая, отвечает.

- Ладно. Но и ты имей ввиду. Около каждого выхода из дома теперь дежурит охрана. Лучше тебе даже не пытаться сбежать!

Молча киваю.

Нет, сбежать мне не удастся. Но я и не собиралась этого делать.

Мой отчаянный план заключается в другом.

Я сделаю так, что мой товар станет непригодным для продажи.

Не будет девственности - не будет аукциона!

Сэм

Все готово. Аукцион вот-вот состоится. Осталось двое суток. Продержаться. Пережить. Блядь, как же херово-то!

Просто… херово!

Мне даже трахаться уже не хочется.

Вернее… не хочется трахать шлюх, даже нормальных, просто любящих секс женщин не хочется!

Хочу одну. Которую нельзя. Которая табу.

А я думаю о ней, и просто горю, полыхаю как факел! Словно меня живьем окунули в масло и поднесли спичку. Жарко мне. Душно.

Я сам душный. Потому что только сейчас догоняю, что допустил вот такую херню!

Если что-то пойдет не так? Если что-то сорвется?

Если этот Дамир, бывший сослуживец Дина, накосячит и все пойдет по пизде?

Заканчиваю свои стандартные три километра. У нас с Дином одна программа. Качалка, бассейн, бег за периметром иногда – сейчас нет, потому как не охота выходить за пределы участка несмотря на то, что у нас охраны до хрена. На спарринг мы тоже забили.

Ладно, все наверстаем. Не спортом единым.

Если бы еще стояк не мешал! Стоит подумать о ней, представить…

Эти глаза, невинно распахнутые. И ее просьбы.

Мать твою. Она ведь хотела стать моей! Дать мне свою маленькую нежную киску! А я? Охренел в край, когда отказался… Мудак.

Представил ее, стоящую на подиуме во время аукциона. На ней только кружево трусиков-стрингов, треугольнички, почти не прикрывающие сочные, налитые грудки.

И куча гондонов, которые сидят вокруг, пуская слюни, представляя, как жарят ее во всех позах, во все щели.

Эти уроды ведь могут ее и в складчину купить…

Представляю глаза нашей девочки, когда она там окажется…

Вспоминаю глаза одной девчонки, после такого вот, коллективного абонемента. Блядь. Глаза были пустые. Абсолютно равнодушные ко всему. Та куколка сама хотела продать невинность. А потом… ее жарили всю ночь три огромных потных козла.