Дорога домой или Цена престола

Там также сидели посетители мужского пола и девушки, все, как одна, в ярких платьях либо с большим вырезом, либо вообще с голыми плечами. Лица девушек были накрашены, но вовсе не безобразно и кричаще ярко, как представляла себе Эрилин, наоборот, косметики было ровно столько, чтобы превратить заурядную женщину в красавицу.

Принцесса со смесью ужаса и восторга смотрела вокруг. Почему-то она представляла публичный дом грязным, а девушек, работающих здесь, размалеванными пьянчужками, которые «работают» чуть ли не прямо в общем зале.

Но ничего подобного тут не было и в помине, красиво, уютно и пристойно. Чем бы там ни занимались в этом месте женщины, делалось это за закрытыми дверьми.

Гэбриэл чуть толкнул ее плечом, выводя из ступора. Его глаза смеялись.

— Все не так плохо, а, принцесса?

Эрилин только сдержанно кивнула, и тут услышала громкий стук каблуков по ступенькам. Шум голосов в зале мгновенно смолк, и все, как по волшебству, повернули голову к лестнице.

Эрилин даже зажмурилась, не веря своим глазам.

«Таких не бывает!»

Рядом выдохнул восхищенный Джоф.

Женщина была не юной, как девушки, работающие в зале, но прекрасная настолько, насколько это вообще возможно. Молочная кожа, правильные черты лица, высокая грудь, тонкая талия, округлые бедра. У нее были изумительно зеленые глаза совершенно изумрудного цвета и огненно-рыжие волосы, заколотые на висках и ниспадающие до самой талии густыми кудрями. Зеленое, под цвет глаз, платье струилось по ногам, подчеркивая красоту ее и без того идеального тела.

Алые губы улыбались.

Женщина сбежала по ступеням и, не останавливаясь, бросилась к Гэбриэлу, с разбега запрыгнула на него, обвив талию длинными ногами, и впилась своими губами в его губы в страстном поцелуе.

— Хе-хе, друг, значит, — хихикнул Генти за ее спиной, но Эрилин не обернулась.

Она просто замерла, не в силах отвести глаз. Никогда в жизни принцесса еще не чувствовала себя такой уродливой и нескладной. Целующая пара в центре зала была настолько красивой, что на них в восхищении смотрели все посетители.

Женщина оторвалась от губ Гэбриэла, но все еще не слезла с него.

— Привет, — у нее был мягкий бархатный голос. — Я безумно соскучилась.

— Я тоже, — в голосе Гэбриэла была теплота, не вежливость, не дружелюбие, а та теплота, которая бывает только в общении с по-настоящему близкими людьми.

Он поставил ее на пол, и женщина немедленно повернулась к посетителям, все еще наблюдавшим за ними, поразевав рты.

— Дамы и господа! — пропела она.