Дорога домой или Цена престола

— О, да, — охотно согласился он, — именно тогда я и понял, что не всесилен, а еще, что своей собственной смерти боюсь куда меньше, чем тех, кто мне дорог.

На это ей было нечего сказать. Все плавно занимало свои места и расставлялось по полочкам. А Эрилин-то казалось, что она никогда не сможет понять этого загадочного человека.

— Ты расскажешь, как тебе удалось бежать? — спросила она.

Эрилин не видела его, но готова была поклясться, что он дернул плечом, словно что-то отбрасывая, в привычном жесте.

— Не сегодня, Эр. Я думаю, что с тебя хватит на одну ночь, чтобы тебе и так снились кошмары.

О, непременно, будут!

Сердце бухало в груди, будто она пробежала марафон. Гэбриэл рассказывал спокойно, голосом, напрочь лишенным эмоций, но Эрилин даже боялась представить, как тяжело на самом деле дались ему эти слова.

— Хорошо, — согласилась она, — но потом обязательно расскажешь.

— Как-нибудь, — отозвался он. — В другой раз.

— Обними меня, — неожиданно для самой себя попросила она.

Гэбриэл невесело усмехнулся.

— Эр, незамужние принцессы и все такое.

А, к черту правила, весь мир к черту...

— Мне холодно, — сказала она.

Эрилин, действительно, дрожала, но больше от ужаса, чем от холода. Хотя она замерзла, это была чистая правда.

— О, — только и произнес Гэбриэл, словно внезапно осознав, что кто-то может мерзнуть. — Тогда, конечно, иди сюда.

Благо, в маленькой келье идти было недалеко. Она просто придвинулась, не вставая с пола, и крепко прижалась к его груди. Он обнял ее, согревая.

— Спасибо, — прошептала принцесса, имея в виду и рассказ и объятия.

Утром Гэбриэл, как всегда, сделал вид, что ничего не произошло. Эрилин так не умела, у нее на сердце все еще оставался тяжелый осадок после рассказанной им истории.

Гэбриэл же выглядел с утра вполне жизнерадостным, особенно, когда Джоф проснулся и сообщил, что чувствует себя значительно лучше, и попросил есть. Жар за ночь спал, похоже, им все же удалось избежать заражения.

Что бы там Гэбриэл ни говорил, что не хочет ни к кому привязываться и боится заводить друзей, дабы не подвергать их опасности, он уже давно привязался и к ней, и к пареньку Генти, в этом она теперь не сомневалась. Эрилин и сама себе поразилась, что у нее чуть сердце не выскочило из груди, когда ранили Джофа.

«Мы все связаны. И мы давно уже не чужие друг другу»...

Теперь принцесса могла с уверенностью сказать, что это трехнедельное путешествие изменило их всех.

— Где ты это раздобыл? — восхищенно пробормотала она с набитым ртом.

Они с Гэбриэлом сидели на полу. Джоф полусидел на койке, опершись спиной о подушку, и уплетал свою порцию свежего хлеба с молоком.

Гэбриэл пожал плечами и ответил совершенно равнодушно:

— Украл.

Эрилин подавилась и закашлялась.