Дорога домой или Цена престола

— Иногда ты ведешь себя как ребенок, — напомнил Гэбриэл. Взять, к примеру, хотя бы один ее побег на поиски брата...

Принцесса только вздохнула, понимая, что в этом споре она проиграет.

— А к кому мы едем? — снова спросила Эрилин, промолчав всего пару минут. — Ты же говорил, что Лигас — твой единственный друг. А тут оказывается еще один.

Раз уж он взял ее с собой, врать и скрывать что-либо не имело смысла.

— Он не то, что друг, — признался Гэбриэл, — мы были знакомы не больше месяца восемь лет назад. Он спас меня однажды, но далеко не только физически, помог разобраться в себе, когда я окончательно запутался. Без него не было бы меня сегодняшнего. Я ему очень благодарен, и хотел бы увидеть. Надеюсь, он жив, — Эрилин, не понимая, посмотрела на него, и Гэбриэл пояснил свои последние слова: — Он еще тогда был стариком. Много лет прошло.

— Понятно, — протянула принцесса. — И когда же он спас тебя? — воспользовавшись его разговорчивостью, она немедленно задала новый вопрос. — Восемь лет... Снова эта цифра. Год, когда ты сбежал от сатанидов?

Что ж, считать Эрилин умела.

— Хорошо, — согласился Гэбриэл, — я расскажу...

...Вместе с сознанием в тело пришла боль, всепоглощающая, затмевающая собой все другие чувства. Он попытался отключить физическую боль, но ничего не вышло, сил было слишком мало.

Он лежал с закрытыми глазами и слышал голоса, но не мог разобрать ни слов, ни кому они принадлежат. В голове стоял туман, не позволяющий мыслить ясно. Понятной была только боль во всем теле, все остальное — где-то за гранью сознания. Он не мог даже вспомнить, кто он и как попал сюда, и почему так мучительно больно дышать. Попытался вслушаться в звучащие рядом голоса, но это оказалось выше его сил, и сознание ускользнуло во тьму.

Когда Гэбриэл пришел в себя в следующий раз, он мог, по крайней мере, осознавать, кто он такой, это принесло облегчение.

Открыть глаза не было сил. Кто-то по-прежнему разговаривал совсем рядом. Значит, он потерял сознание всего на несколько минут.

Гэбриэл прислушался, пытаясь разогнать туман и разобрать слова.

— Ты уже стар, а ума так и не набрался, — сетовал женский голос, — чего ты вцепился в этого мальчишку? Уже неделю носишься с ним, как дурень. А он все равно не жилец, я тебе сразу сказала.

Кто-то невидимый тяжело вздохнул."

"— Лара, мы это обсуждали, — произнес хриплый мужской голос. — Людям нужно помогать. Я не мог оставить его там.

— Не мог он, — женщина выругалась. — А кто он, ты подумал? Как он оказался в море? Может быть, он беглый преступник? А если его ищут? Ты готов подставить свою семью под удар ради какого-то незнакомого мальчишки, который все равно не жилец?

— Если он до сих пор не умер, значит, поправится, — возразил мужчина.

— Батюшки! — женщина повысила голос.