Дурман

И, вообще, глупость это, не обращай внимания… Так, всякий бред лезет в голову от усталости…

— Танечка, — Михаил умел прервать и успокоить ее одновременно. Одним словом. Недаром в органах служил, да и сейчас не простыми делами занимался. — Я не спал, не тарахти. Дело есть, думал над ним. Тут твое сообщение…

— Не обращай внимания, — снова начала извиняться она. А рука печет, черт! — Правда, глупости. У тебя и так работы куча, а тут еще я. Не трать на это время, не нужна мне информация..

— Тань! — снова окликнул ее отчим. — Дочка, помолчи.

И она умолкла. Почему-то сразу поняла, по голосу, что ничего хорошего сейчас не услышит. И не удивилась. Миша ее, и правда, наравне со своими родными дочерьми любил. Она это знала.

— Танюша, я тебе серьезно сказать хочу, потому и позвонил, как только прочел: чтобы от тебя этот человек не хотел — избегай его. Вообще ни на какие контакты или переговоры с ним не иди. Ясно? Он что, к клинике вашей присмотрелся? Владельцев прижал?

Комок в горле стал размером с апельсин. А руку как-то отпустило. Странно…

— Миш, ты что? Ты успел про него что-то посмотреть уже? — шепотом спросила Таня, не до конца еще понимая разумом, зато очень хорошо улавливая подсознательно, что значат предупреждения и слова отчима.

О чем та самая ее интуиция все эти месяцы тревожно теребила сознание, а Таня отмахивалась, не обращая внимания на несостыковки и мелочи.

— Танечка, мне про этого человека, как и про его друга и начальника, Калиненко, не надо узнавать ничего. Я все время мониторю ситуацию в городе, работа такая. И за ними давно наблюдаю. Знаю почти все. Только не придраться. Хорошо себя от всего защитили. Если бы не смена власти семь лет назад и передел территорий из-за этого, они до сих пор бы на вершине были. А так, Калиненко посадили, но эти двое, все равно, руку на пульсе и горле города держат. И нынешнего “смотрящего” караулят. Думаю, только и ждут, чтобы в глотку ему вцепиться и вернуть все свое.

— Миша, ты о чем? — каким-то жалким голосом прервала его Таня.

Фамилию Калиненко она знала. Тот самый Дима, лучший друг Виталия, который выехал из страны, вроде как, из-за политических преследований…"

"— Тань, эти двое, Филатов и Калиненко, далеко не последние люди в криминальной среде города. Калиненко долгое время был “смотрящим”. Тебе же не надо этот термин объяснять? — отчим вздохнул. Она промолчала. — Казак этот — его правая рука, самый надежный друг и верный исполнитель всех планов Калиненко. Многие пытались его переманить. Ни у кого не получилось. И сейчас он блюдет интересы друга и ведет весь тот бизнес, что сумели отвоевать, когда передел начался. Конечно, Калиненко тоже курирует это все с зоны, насколько может, как я знаю. И Казак его регулярно навещает.