Дурман

Поначалу не знал, как рассказать, тем более, что Димка и так, не на курорте «здоровье поправлял», да еще и благодаря своей бывшей супруге во многом, а тут он ему о привалившем счастье, в лице Тани, начнет по нервам теребить? Че он, дебил?

Так, намекнул мимоходом, что встретил женщину, не пустышку. Важную и ценную для него. На что Калиненко лишь иронично хмыкнул. Потом, когда ссора та вышла, отмахнулся от вопросов Бати, почему на взводе, сказав, что дурость и прошлое. А теперь… непростой это вопрос. У Калиненко на женщин и отношения с ними всегда свой взгляд был. Не сказать, что чисто потребительский. Некоторых даже уважал. Да и Казак во многом поддерживал друга в таком отношении ранее. Пока с Таней не познакомился. Так что, обсудить надо будет. И рассказать.

А больше ему особо ее никому «светить» и не хотелось. Не та сейчас ситуация складывалась, чтобы бездумно семью свою подставлять. Так что он не видел никакой проблемы в скромной, практически таинственной регистрации. Для организации самого мероприятия выберет пару проверенных человек, в которых полностью уверен, что не проколятся и не ляпнут, где не нужно. А там — посмотрит.

Они расписались через неделю. День в день с годовщиной знакомства. Дома, во дворе. Таня даже успела выбрать платье, которое ей невероятно понравилось. Без особых излишеств, из гладкого атласа. С корсетом и юбкой средней пышности. Вышивкой-гладью по корсажу. Казак ее когда увидел в нем, даже растерялся, это заметно было. Замер на несколько секунд, просто рассматривая, растерянно волосы взъерошил. Так посмотрел, что у Тани сердце пропустило удары, горло перекрыло комом и грудь сдавило. Внутри защемило. Если бы раньше не любила — сейчас, за один этот взгляд, боготворящий, потерянно-счастливый, влюбилась бы до безумия. А так, словно душу ему свою отдала, так щемяще внутри задрожало все, заставляя плакать, грозя испортить макияж для фотосъемки. А он все смотрел и смотрел, стоя напротив, и не говорил ни слова.

И Таня поняла, что, в принципе, не особо его своим видом в платьях баловала. Не любила она такое в повседневной жизни, отдавая предпочтение джинсам и кроссовкам. А тут — настоящей невестой стать захотелось. И для него, и для себя. Сомневалась, что еще когда-то у нее свадьба будет. Да и не хотела никакой другой и не с кем больше, если честно. Тем более после его обещания.

И Виталий ее в этом платье оценил, однозначно.

А потом, прерывая все эти мысли, Виталий пересек комнату, сжал Таню в объятиях и так целовать начал… Не страсть это была. В сотни раз больше. Какое-то такое бесконечное счастье и торжество, что она в его руках, настолько необъяснимый восторг, который он излучал просто-таки — у Тани ноги подломились. Слов не было. Мыслей тоже. И все иное стало безразлично.