Дурман

Осталась боль, отчаяние и то самое ощущение безысходности. Потому что никакого варианта решения не приходило в голову. Они говорили, вроде бы. Снова и снова повторяли одно и тоже. Выговаривали те же самые слова, а диалога не было. Каждый о своем талдычил. И даже ее попытка отрешиться и не думать об этом, не принесла результата. Невозможно закрыть глаза и делать вид, что проблемы нет. Ее решать надо. А никто из них не готов, похоже.

Наклонилась, прижалась губами к его пальцам, сжимающим ее плечо. После чего осторожно высвободилась из этого захвата. Посмотрела с болью через плечо на Виталия, по губам читая, о чем он сейчас ругался в уме."

"— Извини, — прошептала с той же болью и виной, от которой и не думала отрекаться. — Ты знаешь, где я могу быть, любимый, — еще раз поцеловала его ладонь, за которую ее пальцы держались, словно по своей воле, в обход сознания.

И отпустила.

Отошла.

В этот раз Виталий не задерживал. Возможно потому, что понимал — Таня во многом права. Но и он сам еще не был готов решать проблему совместно.

ГЛАВА 26

Первый раз он позвонил через три часа:

— И как, полегчало? Просветлело в голове? — с сарказмом и злостью, Таня их очень хорошо различала.

Но при этом, и с нуждой, которая и вынудила набрать номер. несмотря на обиду. И она понимала эти его чувства так хорошо! Саму трясло.

— Нет еще, любимый. Пока, только хуже стало, — невольно рассмеявшись, хоть и сквозь слезы, честно призналась Таня.

Сидела в своей квартире, которую уже и «домом»-то назвать не могла. Так и не пошла гулять, а вот думать старалась. Пути решения найти.

— Я сейчас приеду! — настойчиво заявил Виталий, безапелляционно.

Таня вздохнула:

— И что, дальше покричим друг на друга? Тебе понравилось? Мне так — вообще не весело из-за этого, Виталь. Успокоиться нам надо, обоим, — со вздохом напомнила она.

— А я и не нервничаю! — рявкнул он. Ругнулся. Помолчал секунды три. — Прости, Танюш, — Виталий шумно выдохнул.

— Ничего, нормально, — она зажмурилась, стараясь справиться со своими эмоциями.

Вроде бы и говорить сейчас не о чем. Обсудили все, что могли на данный момент. А и отпустить один одного не в состоянии. Висят на телефонах, любую чепуху готовы нести, чтобы хоть голос услышать, дыхание.

Таня не обманывалась, понимала, что не сможет от него уйти, да и не хотела. Но и так жить, как на пороховой бочке — не выход, надо разбираться. В себе, в нем, в них.

И тяжело без него так, что все тело болит. И спать снова не может, крутится в кровати.

А Виталя все равно приехал. Правда, уже ночью. И Таня не спорила, открыла дверь. Только и утром — не согласилась домой с ним вернуться. А он настаивал. Каждый раз требовал. Хотя, казалось, что и Танины аргументы понимал. И одежду ей привозил, по тому же методу, что и раньше, конечно, но все равно же.