Дурман

Причем, им обоим, судя по недовольному рыку Виталия, когда он все же оторвался от ее губ.

— Не, тут комфорта, точно мало, Зажигалочка, — хрипло заметил он. — Разве что сзади… Но я ж, типа, вежливый сегодня, на ужин тебя позвал. Наобещал “золотые горы”.

Виталий заломил бровь, криво усмехаясь при этом.

И снова та двойственность: это все звучало бы обидно и пошло, не смотри он с такой смешливостью и искренним весельем. Все же щедро приправленным страстью. Голодной и жадной. Даже немного не по себе стало — не помнила, чтобы на нее с таким “голодом” кто-то смотрел.

Таня сама откашлялась. Ее голос тоже сел. И рассмеялась: и от его дурашливости, и чтоб стряхнуть немного этот накал.

— Пошли, поедим, — согласилась она, уже как-то позабыв о своих сомнениях касательно наряда.

Хотя дыхание все еще в норму не пришло. Да и щеки пылали, однозначно.

Виталий помог ей выйти из машины и повел в сторону входа. Практически в дверях их встретил администратор, видимо, знакомый Виталию. И, нейтрально поприветствовав, провел к лифту. Таня, по правде, даже не об одежде подумала, когда зашла в этот стеклянный лифт и уставилась невидящим взглядом на прекрасный вид вокруг комплекса, а о том, как ее губы и взгляд точно выдают то, что ее только что горячо целовали. И что она не против повторить, между прочим.

“Что же этот Виталий с ней делает? Околдовал он ее, что ли?”, она скосила глаза на мужчину.

Сам объект ее интереса стоял в непосредственной близости и поддерживал Таню за талию. Вроде и в пределах приличия, едва касаясь. И в то же время, она всем телом ощущала его горячую ладонь и жар этих пальцев, недавно сжимавших ее щеки. Словно вчера, в поезде. Даже вздрогнула, когда в лифте раздался негромкий звон, возвестивший, что они приехали. Так на своих ощущениях сосредоточилась.

— Терраса, — возвестил администратор, немного театрально отступив, освобождая им проход. — В полном распоряжении вас и вашей гостьи, Виталий Сергеевич.

Виталий вытащил ее из лифта до того, как Таня осмыслила это.

— Выбирай, — широко улыбаясь, Виталий обвел рукой огромную пустую террасу, где кроме них находился лишь один официант. — Любой столик наш. Какой хочешь?

Таня растерялась. Или, точнее, залюбовалась видом. Все просматривалось великолепно, очаровывая: и верхушки деревьев, листьями укрывающие неинтересные пейзажи проспекта и дороги, и река, и порт с причалами, и даже один из лучших видов на остров и пороги! Не хотелось отводить глаза. Сразу какое-то облегчение и легкость пришли, снимая усталость после тяжелого рабочего дня. И даже жара здесь не так ощущалась! А может с реки доносило прохладу ветром.

— Любой? — рассмеялась Таня от этого ощущения легкости и радости, вдруг наполнившего душу.

Обернулась к Виталию, легко подняв бровь, как он иногда делал.