На крыльях

Своих ровесников Нина и Ефим в этом месте не наблюдали совершенно: одни сплошные семейные пары с детишками и благочестивые пожилые люди, решившие справить Новый год вдали от городской суеты. Никаких особенных развлечений в пансионате также не было, за исключением, разве что, дискотеки с музыкой восьмидесятых, бара, бассейна с саунами и спа-комплекса.

Поужинав, хмурые Келла и Нина вышли на заснеженную улицу, стараясь держаться один от другого подальше. Они неспешно шагали по территории, оставляя за собой следы и стараясь не обращать друг на друга внимания. Природа вокруг была чудесной: живописные горные склоны, сплошь белые из-за снега, высокие, упирающиеся макушками в темное небо сосны вокруг, морозный свежий воздух…

Красота переплеталась с гармонией.

Безмятежность – с зимней неспешной мягкостью.

Настоящая новогодняя сказка.

Но долго находиться в таком спокойствии молодые супруги не могли.

Нинка не сдержалась первая. Незаметно взяла в руки колючий мокрый снег, слепила шарик и мастерски пульнула в впереди идущего Келлу, попав в спину.

– С ума сошла?! – заорал тот. Девушка обидно засмеялась, а он, схватив снег, попытался насыпать ей его за шиворот и напихать в капюшон.

Частично у Келлы это получилось, и Журавль тотчас перестала смеяться.

– Шубу мне уделать решил? – мрачно спросила она, вытряхивая снег из капюшона. – Иди сюда, Рыло.

– Ага, лечу, – сделал вид, что бежит на месте парень. Нинку это, естественно, разозлило – шуба у нее была дорогая и любимая.

Она долго бегала за хохочущим Келлой, однако поймать так и не смогла, проваливаясь в снег едва ли не по колено. А он зато ловко толкнул ее в сугроб, из которого, правда, сам потом и доставал, потому как самостоятельно из него Журавль вылезти не могла.

Едва только девушка оказалась на свободе, со всей силы пнула супруга по пятой точке, и теперь уже сама от него убегала. Ей повезло – она нашла защиту в проходившей мимо компании пожилых людей, вовремя вклинившись в разговор о дачных многолетних цветах. Келла при посторонних Королеву решил не убивать. Шел мрачно следом за всей честной компанией и угрюмо молчал, то и дело от злости пиная снег. Разговор тем временем перетек на геополитику.

– А что это ваш возлюбленный, милочка, такой молчаливый? – спросил один из почтенных пожилых мужчин, глянув на плетущегося сзади Келлу.

– Он просто глупый, не обращайте внимания, – сообщила Нина и мило улыбнулась парню, который это услышал. В отместку уже он кинул ей в ногу снежный ком. Борьба началась сначала…

В общем, вечер они провели весело, хоть и перекрыли друг друга трехэтажными ругательствами, и, замерзшие, вернулись в номер. Келла отвоевал кровать, однако Нинке удалось стащить с нее одеяло и подушки. Оба, правда, промучились всю ночь.