На крыльях

– Дальше я скажу тебе то, что тебе не понравится, – предупредил меня Кирилл, поднимая голову. – Но ты должна это знать.

– Говори уже! – воскликнула я, едва ли не дрожа от напряжения и нетерпения.

– Когда Антон узнал о том, что НК отстраняют от феста, по-моему, это была почти полночь, и я был в клубе… А, неважно, – махнул Кирилл рукой, – так вот. Он позвонил мне. Просил встретиться. Помочь. Посодействовать.

– В чем? – с трудом верилось мне, что Кейтон кого-то о чем-то молил."

"– Просил помочь группе выступить на фестивале. Ты же знаешь, что это значит для парней, – продолжал Кирилл. – И я спросил его, что он готов предложить мне взамен. Так, ради смеха спросил. А он сказал серьезно: «Все». Ты понимаешь? – Кирилл вдруг стянул с лица очки, и его беспокойные темные глаза посмотрели на меня с глухой тоской, в которой изредка вспыхивали проблески надежды.

Я помотала головой, отгоняя самые худшие мысли.

– Не понимаю.

– Любовь или музыка? – прошептал вдруг он и улыбнулся – криво, невесело. И продолжил отстраненным тоном: – Кей сказал мне – если нужно, он отдаст мне тебя. Взамен на возможность выступления на фестивале. Тебя, понимаешь?

Он замолчал, глядя мне в глаза.

Я остолбенела. Услышала, кажется, хрустальный звон собственного разбитого сердца.

Нет. Не может быть. Антон не мог сказать такое.

– Ложь, – проговорила я с трудом, не чувствуя, как по щеке ползет холодная слеза. Как она там появилась, я не знала.

– Это правда, Катя, – ответил Кирилл. Он протянул ко мне руку, чтобы убрать слезу, но я отпрянула.

Это ложь!

Поверить в это было невозможно.

Нет, Антон никогда бы меня не предал.

Он любит меня.

Он обещал никогда больше не предавать меня.

Он просил верить ему.

И я верила – всем своим сердцем, всей своей душой, без оглядки, безрассудно, так, как могла бы верить только себе.

Антон научил меня этому – безусловной вере, потому что вера – сердце любви. А надежда – ее душа.

– Выслушай меня дальше. Это еще не все. Я сказал Кею, что ты прилетаешь в город, хочешь сделать ему сюрприз. Каюсь, я был зол, ужасно зол, и мне хотелось поиздеваться над ним. «Давай устроим игру, Кей, – предложил я. – Такую же игру, как устраивал ты. С выбором»

Я в ужасе смотрела на Кирилла. Он был симпатичен и обаятелен, но казался в этот момент чудовищем.

– «Музыка или любовь? – спросил у него я. – Если ты выбираешь любовь – приезжай к Кате. Она будет ждать тебя во время феста в определенном месте. Если ты не захочешь отдавать ее, просто приезжай к ней, а не на фестиваль. А если все же выберешь мою помощь и фест – отправляйся туда». Я хотел уколоть его, отомстить, но я не думал, что он согласится! – воскликнул Кирилл. – Я бы помог ему в любом случае, но тут захотел поиграть! Приколоться.