Наследник для Валида

Дичайшее просто. Наверное, виной всему адреналин, который ударяет в голову…

Потому что не могу я так восхищаться мужчиной, который только что на моих глазах чуть не убил…

Просто чудо, что в этой угорелой погоне Валид не передавил меня и сумел откинуть машину мажора, не задев…

Чудо ли? Расчет? Или же Байсарову было плевать, останусь ли я в живых?

— Цела? — оглушает вопросом.

Он изучает меня, не дотрагивается, но одним взглядом словно всю изучает. Как и я его. Даже сквозь полный шок я не могу отвести взгляда.

Прищуривает карие глаза, такие холодные сейчас, с ледяным пламенем, которое горит на самом дне зрачка. Отталкивающие сейчас, пугающие, глубокие. Там словно все черти ада беснуются.

Если бы это было не так, он бы не совершил подобный сумасшедший поступок с такой холодной жестокостью. Не задумываясь. Раскрошив автомобиль мажора… Я боюсь даже посмотреть в ту самую сторону, где сейчас искорёженным куском металла валяется машина Андрея…

Лицо же Валида ничего не выражает. Ни сожаления. Ни сомнения. Лютая уверенность в себе и своих поступках.

Айсберг. Самый настоящий. Принявший решение и исполнивший приговор без сожаления…

Жестоко? Безусловно, но…

Он спас меня…

Единственный за все это время…

Валид Байсаров. Только что дал отпор моему обидчику самым невообразимым образом.

Рождается сумасшедшая мысль в ту секунду, когда сильная рука, унизанная перстнями, касается моего лица, отводит прядь волос в сторону.

Холод внезапно меняется и пламя уже не кажется ледяным. Знакомая вспышка в его тягучем взгляде. Как в ту ночь, когда заставлял раздевать себя и кайфовал от моих эмоций, от моей робости и покрасневших щек, когда заставлял творить все то непотребство и ловил мое наслаждение, которое буквально выбивал из моего тогда еще девственного тела…

— Тебя не зацепило? — спрашивает тихо, голос глухой, глубокий, пока огненные пальцы по скуле моей скользят вниз к горлу, к венке, которая отбивает безумный ритм моего колотящегося сердца.

Сил нет ответить. Шок играет свою роль и губы сохнут, на автомате облизываю их и Валид отслеживает это движение.

Его горячие руки спускаются к моим плечам, ощупывают на предмет повреждений, а я на него смотрю, не моргаю даже.

И сердце сходит с ума от пережитого, от того, что хочется броситься на шею своему спасителю и рыдать, рыдать, потому что перепугалась до смерти, потому что показалось, что задавит меня Зорин, размажет по асфальту и ему ничегошеньки за это не будет.

Папочка олигарх отмажет.

Все же оцепенение спадает и меня накрывает истерикой, я не знаю, как и почему, но в момент, когда рыдание вырывается из горла рваным всхлипом, я падаю на грудь мужчине, обнимаю его за крепкую шею и дрожу. Меня колотит так, что зубы отбивают сумасшедший ритм.