Эта больная любовь

Студенты прекрасно знали, что единственная женщина Magnus Princeps пропала в поисках своих затаившихся родителей после публикации вопиющего видео, на котором они соблазняют любимого мужчину, претендующего на пост следующего епископа.

В темных углах коридоров раздавались такие слова, как «шлюха», «блудница» и «грешница». Девочки сдерживали хихиканье, а мальчики смотрели на меня так, как никогда раньше, когда я проходила дверь за дверью, пока не наткнулась на наш класс. Тот самый, который мы должны были использовать вместе в нашей миссии по обучению молодежи. Сохранять их веру в институте контроля и лжи. Мое сердце замирает при мысли о том, что Брейди все еще заперт в стенах этой тюрьмы.

Сэйнт поднимает голову с подиума, где он просматривал планы уроков перед тем, как в школу пришли ученики. Его глаза расширяются и становятся тревожными, а плечи обвисают от облегчения, и кажется, что воздух полностью покинул его легкие. Он отталкивается от дерева и кружит вокруг, пока не останавливается прямо передо мной. Руки его скручиваются в кулаки у боков, словно для того, чтобы не дать себе дотронуться до меня.

Беспокойство захлестывает меня, как неотвратимая волна, угрожая заставить отступить от намеченных планов.

Я преодолеваю свои страхи и делаю первый шаг. Раскрывая руки, я обхватываю его тугую спину и притягиваю к себе. Он замирает на мгновение, вдыхая, прежде чем его мускулистые руки обхватывают меня, его ладонь прижимает мою шею к своей груди, а его большой палец медленно проводит по моей челюсти. Я вдыхаю его мятный мускус, переориентируясь.

В его объятиях ощущается странный комфорт. Может быть, это что-то из той жизни, которую я когда-то знала, где все имело смысл за слепыми глазами. Моя наивность придает некую странную знакомость тому времени, когда моими приоритетами было просто завоевать уважение старших, одновременно развивая отношения с Богом и укрепляя веру.

Теперь же, когда мы обнимаем друг друга, между обеими сторонами остаются секреты и ложь, смерть и обман служат кирпичиками в стене, разделяющей нас."

"Я отстраняюсь от его объятий, поднимаю голову и смотрю в глаза человека, которому, как мне казалось, я когда-то могла доверять.

— Брайони, — дышит он, обхватывая мое лицо обеими руками, его ласка нежная и теплая.

Я смотрю в эти пронзительные голубые глаза, изучая его выдающиеся скулы, острый край сильной челюсти и розовую нижнюю губу, выступающую чуть дальше верхней, и вижу такое сходство с его старшим братом, что это просто невозможно не заметить.

— Я очень волновался за тебя, — признается он, сканируя взглядом мое лицо. — Я даже поехал в аэропорт, откуда, по их словам, ты сбежала, только чтобы поехать с тобой. Чтобы помочь тебе найти родителей и разобраться со всем этим.