Глазами жертвы

Ты меня слышишь? Алло! Кошачий корм, Тейтум, где корм?

– Я слышал тебя, слышал… Зачем тебе лакомства для кошек?

– От холода ты совсем туго соображаешь, Тейтум. Я хочу дать их коту. Зачем еще нужны кошачьи лакомства?

– Коту? Веснушке?

– Естественно, Веснушке. Неужто я завел бы еще одного кота в твое отсутствие? Я похож на того, кто ищет общества еще нескольких котов?

– Тогда… зачем ты решил его кормить? Ты же Веснушку терпеть не можешь.

– Черт возьми, Тейтум, я задал простой вопрос и жду простого ответа. Это не федеральное расследование! Как вы там вообще работаете? Цепляетесь к подозреваемым из-за кошачьего корма? Неудивительно, что вы так долго ловите своего маньяка… Ко мне пришли дамы из книжного клуба. Твой кот их обаял. Хотят дать ему вкусняшку. Ты нас не арестуешь за это, Тейтум? Так где лежат эти кошачьи лакомства? Или мне самому бежать за ними в магазин?

– Успокойся, Марвин, не то давление опять повысится. Кошачьи лакомства на кухне, шкафчик слева, верхняя полка.

– Их там нет. Я смотрел. Там были только странные соленые крекеры.

Тейтум нахмурился.

– У нас нет никаких крекеров.

– Слева вверху? – сказал Марвин после недолгой паузы. – Ну что ж, ясно.

– Марвин, ты съел кошачий корм?

– Ну, я… слушай, я был уверен, что это крекеры. Не очень вкусные, но я едал и похуже.

– На упаковке изображен кот. И они должны быть со вкусом курицы. Неужели тебе это не показалось странным?

– Знаешь что, Тейтум… Раньше ты со мной в подобном тоне не разговаривал. Ты проявлял гораздо больше уважения.

– Раньше я не знал, что ты ешь кошачий корм.

– Очень смешно… Я возвращаюсь к своим гостьям. Они намного любезнее моего внука-всезнайки.

– Пока, Марвин.

– Ну да, ну да.

Грей с улыбкой положил телефон на прикроватный столик. Ему хотелось сохранить в памяти образ Марвина, сидящего на кухне с чашкой чая и закусывающего кошачьими крекерами. Потом он подумал о Зои. К сожалению, Марвин прав. Ей плохо, и Тейтум это знал. И дело не только в ее вспыльчивости или сегодняшней вспышке гнева на Альберта Лэма. Тейтум всю неделю замечал моменты, когда она словно ускользала куда-то. Будто отключалась на какое-то время. Иногда сжималась от страха, широко распахнув глаза, и все исчезало, как только Тейтум с ней заговаривал…

Он почти решился снова постучать в дверь ее номера. Сунул одну ногу в штанину – и остановился. Мысль о том, что нужно войти в комнату Зои, в наэлектризованную атмосферу, отрезвила его. В нынешнем состоянии ей не помочь. Нужно отдохнуть.

Глава 26

Владеющий собой человек пришел домой рано, не в силах дольше носить свою маску. Ему казалось, что его раскрыли. Все вокруг видели его насквозь, видели его вину, его одержимость. Каждые пять минут он со всех сторон оглядывал себя в зеркале, проверяя, что не изменился.