Грешники

Я все жду и жду, когда же, наконец, станет легче.

Но боль никуда не уходит.

Невыносимо тяжелый груз за плечами не исчезает.

И я, поправив невидимые лямки, достаю телефон, чтобы вызвать себе такси.

Пройдет, конечно же.

Я терпеливая.

Глава 48

Я возвращаюсь домой к Гарику в каком-то горячечном бреду.

Уже в машине то и дело прикладываю ладони к щекам, потому что чувствую, будто кровь прилила к ним вместе с какой-то запредельно высокой температурой.

А потом тут же мысленно стучу себя по лбу, потому что это что-то вроде фантомной боли — просто моя кожа до сих пор помнит прикосновения Призрака, и мои отважные кровяные тельца пытаются выжечь скверну изнутри.

Водитель пару раз поглядывает на меня в зеркало заднего вида, и даже обеспокоенно интересуется, все ли у меня хорошо — видимо, вид у меня и правда, как у припадочной. В ответ только прошу ехать быстрее, если можно.

Почему-то хочется, чтобы Гарик снова сидел на крыльце, как тогда.

Я могла бы забраться ему на руки, укрыть нас пледом и уснуть до утра, думая только о том, что завтра я стану генеральным директором «ОлМакс» и у меня просто физически не будет времени думать о лишних и бессмысленных людях, которые прошлись по моей жизни напалмом.

Но Гарика нет.

Я поднимаюсь к себе в комнату, забираюсь в душ, долго стою под струями раскаленной воды, надеясь, что вся грязь прошлого, наконец, сойдет с меня вместе с пылью и глупыми мыслями.

Все закончено.

Уже все позади.

Больше не нужно принуждать себя общаться с Ленкой или делать вид, что мы с Гариком просто босс и подчиненная. Пора готовиться к новой жизни, потому что она наступит ровно завтра, взойдет над горизонтом с первыми лучами рассвета.

В той моей жизни все будет хорошо.

Когда выхожу из душа, завернувшись в тяжёлый халат — понятия не имею, откуда он там вообще взялся — Гарик сидит на полу около моей кровати и встречает меня немым вопросом.

— Тебя не учили стучаться? — зачем-то немного грублю я.

Это — его дом, он может входить куда хочет и когда хочет вообще без стука, хоть с ноги, хотя пинающий дверь Гарик — это что-то такое же нелепое, как и извергающийся мыльными пузырями вулкан.

Но я просто злюсь за то, что он не сидел на чертовом крыльце.

По крайней мере, так мы могли бы избежать ненужных вопросов и вот этой натянутой неловкости.

Хотя, похоже, неловко себя чувствую только я, потому что у моего жениха как всегда немного отстраненный вид.

— Как все прошло, Маша? — интересуется Гарик, без особо интереса разглядывая мои торчащие из-под халата лодыжки.

— Прошло… что? — делаю вид, что не понимаю, потому что точно не посвящала его в свои планы.

— Мммм… — тянет он, подбирая нужное слово. — Разоблачение?

— Напомни, когда именно я делилась с тобой своими планами на вечер, потому что, по-моему, я этого не делала.