Грешники

— Шашлык нужно на мангал, — пячусь к двери. — Покажешь, где это?

Стас несколько минут смотрит на меня в упор, а потом забирает поднос с подготовленными шашлыками. Проходит мимо, и я снова пячусь в сторону, чтобы избежать любого физического контакта, даже если это будет просто тень его дыхания у меня на щеке.

— Ок, Отвертка, больше никаких рук. Извини, я не подумал, сделал на автомате.

— Ты правда не обижаешься? — Я обхватываю себя руками, потому что воспоминания о прошлом накатывают на меня десятибалльным землетрясением.

— Обижаются маленькие девочки и недоделанные мальчики, а я взрослый лоб и местами не совсем тупой.

— Обещаю есть даже мясные угли.

— Ну, кстати, — он смеется и деликатно высвобождает штанину из Дашкиных цепких пальцев, — на твоем месте я бы не давал таких обещаний, потому что это очень опрометчиво. Я сказал, что с шашлыком правлюсь, но не сказал, что на «отлично».

— Сгодится даже трояк с минусом.

Когда снова остаюсь в кухне одна, дрожь вынуждает навалиться плечом на стену, чтобы не упасть на слабых ногах.

Не знаю, почему так происходит, но Стас и эти выходные, и все, что происходит…

Я сбежала сюда от мира, в котором у меня только бесконечные обязанности, долги и работы, надеясь, что найду каплю покоя и освобожу голову от тяжелых мыслей после того, как в мою жизнь снова постучалось прошлое.

Но «лучше» не случилось.

Стало только хуже, потом что теперь, куда бы я не посмотрела и чем бы не занималась — везде Гарик. Даже сейчас, хоть в кухне на всю работает вытяжка, я отчетливо слышу аромат его любимого парфюма — можжевеловые ягоды, душистых перец и капля аромата мужской кожи.

Капля его личного запаха, который я до их пор храню на воротнике его рубашки. Той белой полотняной, совсем не от модного бренда, а купленной в обыкновенном магазинчике где-то на окраине Парижа, когда мы бродили по тем улицам, о которых не пишут в модных путеводителях. Гарику она так понравилась, что он носил ее почти не снимая. Когда вернулись, я потихоньку сложила рубашку в чемодан и спрятала подальше в гардеробной, а Гарик почему-то больше о ней не вспоминал.

— Ы! — Даша подходит ко мне и настойчиво тянется вверх, выпрашивая взять ее на руки.

Беру, крепко прижимаю к себе и потихоньку нюхаю край ее комбинезона.

Это просто фантомы прошлого, но мне нравится думать, что она пахнет точно так же, как и он.

Я искала покой и каплю забвения, но каждый час здесь как будто только умножает мою боль. Сегодня уже поздно куда-то ехать, но надо позвонить водителю и попросить приехать за мной часов в десять.