Ядовитое жало

Именно такие мысли не давали спать начальнику разведки после нападения гитлеровцев на аэродром.

Серовол все записал в блокноте, поблагодарил бабку за консультацию и вышел на улицу, казалось бы, в самом безмятежном настроении. Если бы даже кто‑либо следил за каждым шагом начальника разведки, этот тайный наблюдатель не мог бы заключить, что капитан Серовол чем‑то сильно взволнован и его волнение как‑либо связано с недавним появлением почтаря. Начальник разведки шел к штабу не спеша, поглядывая на темнеющее небо с зеленоватым краем на западе, в котором как уголек розово тлела одинокая тучка.

Командир отряда, комиссар, начальник штаба были в сборе. Они сидели за столом, покрытым холщевой скатертью, пили подслащенное медом кислое молоко и, судя по хмурым лицам, на которые падал свет двух каганцов, вели неприятный разговор. Начальник штаба Высоцкий, худой, желчный человек с лысым черепом, недружелюбно взглянул на вошедшего разведчика и продолжал негромко, раздраженным тоном:

— В отряде, несомненно, имеется вражеский агент. Несомненно!

— Это предположение никто не оспаривает, — иронически заметил комиссар, чертивший пальцем какие‑то фигуры на скатерти.

— Одной констатации факта недостаточно, — облизал тонкие серые губы начштаба. — Нужны радикальные меры."

"— Иван Яковлевич, ты, брат, ломишься в открытую дверь, — сердитым баском вмешался Бородач, командир отряда. — Что ты предлагаешь конкретно? Если ты знаешь, каким манером можно определить, кого нам подбросил Гильдебрандт, — не тяни, выкладывай. Серовол, тот, например, предложил свой оригинальный план, мы его одобрили, приняли…

Последние слова были сказаны, казалось бы, самым благожелательным тоном, но Серовол не был столь наивным, чтобы принять их за чистую монету.

Комиссар засмеялся, не подымая головы, лукаво покосился на молчавшего разведчика.

— Дело не в этом, — поморщился начальник штаба, также понявший, в чей огород был брошен камушек. — Допустим, остроумнейшее предложение нашего начальника разведки достигнет цели, мы поймаем шпиона, расстреляем его. Но где гарантия, что шпион один, что ему на смену не придет другой? Нужно определить причины, порождающие возможность проникновения в отряд вражеских агентов, определить и устранить их. Причины! Это единственный радикальный способ. Единственный.

— Бдительность, — как бы отвечая на свои мысли, сказал комиссар. ― Нужно повысить бдительность.

— Я не против бдительности, — почти плачущим голосом возразил начальник штаба. — Поймите! Я обеими руками голосую за самую высокую бдительность. Это наша альфа и омега, истина, не требующая доказательств. Но у каждой медали есть своя обратная сторона.