Ядовитое жало

Охрана меняется: были два, говорит, незнакомых в солдатской форме, а теперь полицаи — Шуга и Филинчук.

— Филинчук? Не путаешь?

— Нет. Фамилии я точно записывал — Филинчук таки. Третий пункт. Немцы получили вагон цемента, развезли его по участку на дрезине, будут строить бетонированные гнезда для пулеметов. И четвертый пункт. Верный сообщает это на всякий случай, как наблюдение: шофер гестаповский за последние месяцы несколько раз останавливал машину на окраине Княжполя возле хаты, в которой живет одинокий хромой человек по прозвищу Иемагроша. Остановки короткие — поправит в моторе что‑то или дольет воды в радиатор и сейчас же уезжает. Немагроша — человек пустяшный, живет тем, что разводит кроликов, голубей, ловит рыбу, раков. Верный сообщает об этом потому, что у Немагроша появились дорогие вещи — новый пиджак, сапоги, шляпа. Говорит, возможно, это случайность, а возможно, Немагроша чем‑нибудь угождает немцам. Вот и все.

Серовол скептически оттопырил губы, задумался. Очевидно, история с этим Немагрошей показалась ему не заслуживающей особого внимания даже в том случае, если этот человек действительно оказывает какие‑либо услуги гестаповцам. Мало ли у них осведомителей! Да и новая

шляпа еще не доказательство, что он состоит на тайной службе. Капитан уже хотел было отпустить почтаря, но заметил, что его помощник чем‑то взволнован, ерзает на стуле.

— Что, Юра?

— Хочу спросить… — Коломиец действительно был взволнован. — Ты сказал, что Немагроша разводит голубей. У него и сейчас есть голуби?

— Этого я не знаю, — пожал плечами Краковец. — Верный не говорил мне этого.

— А как он сказал? — не отставал Юра. — Припомни, какие слова он употребил?

Почтарь наморщил лоб, припоминая.

— Он назвал его голубятником. Говорит, голубей продает, кролей разводит… Может быть, и сейчас у него голуби есть.

Столь горячий интерес Юры к голубям начал забавлять Серовола.

Он сказал, едва сдерживая улыбку:

— Спасибо, Яша, иди отдыхай. Что касается голубей, то мы это выясним в следующий раз. Даже можем купить парочку.

Юра Коломиец понял, в чей огород бросил камешек капитан, но не обиделся и даже виду не подал. Он выждал, пока за почтарем закроется дверь, и сказал:

— Теперь я понял, почему голуби мучили меня даже во сне. Как вы думаете, товарищ капитан, не мог ли шпион для пересылки своих донесений пользоваться голубиной почтой?

Серовол резко поднял голову и застыл так, глядя на своего помощника. Сжатые губы его вздрагивали. Юра понял, что высказанная им мысль поразила капитана, но он еще не знает, как отнестись к ней. Не знает потому, что не разложил в нужном порядке известные ему факты. Нужно их разложить и увязать друг с другом.

— Начнем с того конца. С Княжполя… — торопливо продолжал Юра.